Календарь

Материал из Энциклопедия символики и геральдики
(перенаправлено с «Четыре времени года»)
Перейти к: навигация, поиск



х́


Основные значения:

00-04-429-000.jpg

См. также:
[править]

Четыре времени года

Виноточило
Возрасты человека

Лето, время года
Божье тело


Универсальные символы рождения, роста, смерти и возрождения.

Упорядоченные циклы природы и человеческой жизни.

В большинстве традиций существует четыре сезона, в некоторых культурах существует лишь три сезона.

Мифы американских индейцев утверждают, что смена времен года вызвана постоянной борьбой четырех богов, управляющих сторонами света.

Аллегорические фигуры времен года символизируют повторяющийся круговорот веков.

Изобразительные типы, представляющие времена года сохраняли поразительную степень постоянства со времен поздней античности и вплоть до XVIII в.

Обычно четыре времени года определяются по различным признакам, в которых отражаются народные поверья: весна — время ветров, прогоняющих снег, и до грозовых дождей, оплодотворяющих землю, от весеннего равноденствия до летнего солнцестояния; «огненное» лето — от летнего солнцестояния, самой короткой ночи в году, которая у европейских народов отмечается праздниками рождения Иоанна Крестителя, когда на вершинах гор жгут костры, до осеннего равноденствия; затем осень, «когда текут дожди и земля выказывает свое плодородие», — от осеннего равноденствия до зимнего солнцестояния, и, наконец, зима, которая подготавливает рождение всех проявлений жизни предстоящего года. И здесь мы вновь видим перекличку с индийским учением о четырех «локапалах»,


Греки представляли времена года в виде четырех женщин:

весна в венке из цветов, стоит рядом с цветущим кустарником;
лето с венком из колосьев пшеницы, держит в одной руке сноп, а в другой — серп;
осень несет гроздья винограда и корзину, полную плодов;
зима с непокрытой головой близ деревьев с облетевшей листвой.

Времена года представлялись также фигурами животных:

• весна овца;
• лето дракон;
• осень заяц;
• зима саламандра (керл-8).

На помпейских и римских фресках и мозаиках:

• Весна в облике молодой женщины, держащей цветы;
• Лето серп и колосья или снопы зерен;
• Осень виноград и виноградная лоза;
• Зима тепло укутана от мороза.

Эти сюжеты часты в живописи XV—XVII вв. К сожалению, циклы картин часто разбросаны по галереям.

• Весна в волосах гирлянды; иногда держит лопату (мотыгу), на заднем плане цветочный сад;
• Лето (в виде обнаженной женщины) имеет злаки и фрукты; позади нее могут быть жнецы;
• Осень так или иначе ассоциируется с вином;
• Зима старик, укутанный плащом, возможно, сидящий у огня.

Ренессанс возродил античную традицию изображать времена года также в виде языческих богов:

Флора или Венера олицетворяют Весну;
Церера Лето;
Бахус Осень;
Борей или Вулкан Зиму.

Времена года были популярны у французских художников XVIII в., писавших fetes galantes (Фр. — галантные празднества), каждое из времен, изображаемое само по себе, вряд ли мыслилось как входящее в цикл. Молодые влюбленные

• «Весна» разбрасывают цветы; в клетке или в ловушке пойманные птицы;
• «Лето» купаются в реке или наблют, как трудятся жнецы;
• «Осень» устраивают пикник после сбора винограда;
• «Зима» катаются на коньках по реке или сидя в помещении развлекаются (игрой в карты).

Соответствуют:

	четырем фазам прохождения эклиптики солнцем;
фазам луны;
четырем стадиям человеческой жизни.

Деление года на четыре части делает возможным соотнесение времен года с направлениями компаса и с тетраморфами (символическими изображениями четырех многооких животных). [КЕРЛОТ]

Всеобщий ритм НЖСС

Когда-то арабам и грекам были известны три времени года:

весна,
лето и
зима,

а скандинавам — лишь два:

лето и
зима;

позже греки добавили к ним осень, а за ними последовали римляне и галлы.

• Вся природа подчиняется универсальному ритму смены времен года, подобно тому как дневной цикл делится на три видимые части: восход Солнца, полдень, закат, и четвертую, невидимую — полночь; это соответствует также четырем периодам жизни человека: детству, расцвету, зрелости, дряхлости.

Времена года связаны с природными стихиями:

  • Зима — с Землей,
  • Весна — с Воздухом,
  • Лето — с Водой,
  • Осень — с Огнем.

В сказках и легендах символами зимы служат:

пребывание принцессы в подземелье, в колодце, в темном месте
длительный сон, который нарушает прекрасный Принц,
символ нового Солнца; хромые, однорукие, увечные боги, опирающиеся на посох (одноногий Приап);
масонская степень Мастера;
индуистская каста парий;
в культе дерева — корень;
в кельтской мифологии — Гранус, крестьянин, зерно общества.

Символы весны

отъезд в путешествие, в более широком смысле — бегство и исчезновение с целью избавиться от преследователя или от любви божества;
белое животное (кобыла), убегающее от новорожденного Солнца;
крылатые гении, олицетворяющие собой облегчение, освобождение;
бог Вулкан, символ весеннего Солнца;
Вечный Жид, обобщенный образ любого бегства или путешествия;
масонская степень Карпала, или Аверлана, то есть ученика;
Ремесленник, обходящий всю Францию, чтобы усовершенствоваться в своем деле;
Гоффрин, персонаж рыцарских романов;
в культе дерева — ствол;
в индуизме — каста Шудр;
в театре — Полишинель.

Лето соответствует мифам, связанным с водой;

богам-рыбам, омовениям, погружениям в воду (Вишну, шагающий по водам), рекам забвения (Лета),— в фольклоре эта символика представлена в виде чучел, сбрасываемых в воду, а в обрядах посвящения — в ритуале погружения в воду, испытании с целью окончательно убедиться в душевной силе кандидата и освободить его от прошлого (пережитки этого обряда проявляются в испытании, которое пассажир морского судна должен пройти при первом пересечении линии Экватора); Марса, образа палящего Солнца;
солдат;
всех тех, кто богат и носит плюмаж;
касты Кшатриев в индуизме;
в масонской степени Мастера, или Тройственного;
в виде дворянского сословия в обществе;
персонажей Гальбинуса, Гальвеня и Говена в рыцарских романах;
в культе дерева — в виде спелого и золотистого плода.

Осени соответствуют мифы о всеуничтожающем огне перед полным обновлением:

миф о Гефесте, кующем щиты, мечи и стрелы — туловище и конечности нового Солнца;
Аргус и шпионы из сказок — от колдуна до бродячего торговца;
все те, кто носит маску (Арлекин);
каста Брахманов у индусов;
в культе дерева — это корень.


НЖСС

Египет[править]

Древнем Египте — на три сезона: сев (зиму), выращивание (весну) и разлив (лето).

Эмблематика[править]

Весна

Дитя (девочка) в гирляндах цветов с листьями и цветущими ветками в руках, женщина или юноша с венком на голове и с цветами в руках;
весеннее животное — ягненок;
знаки зодиака — Овен, Телец и Близнецы.
божества — Афродита (Венера), Гермес (Меркурий), древнеримская богиня Флора.

Лето

Дитя или женщина со снопом и серпом в руках или с венком из злаков;
летнее животное — лев или дракон, изрыгающим пламя;
знаки зодиака — Рак, Лев и Дева.
божества — Деметра (Церера), Аполлон.

Осень

Дитя или женщина с гроздьями или листьями винограда, корзиной плодов или отжатым виноградом, иногда с рогом изобилия;
осеннее животное — заяц;
знаки зодиака — Весы, Скорпион и Стрелец.
божества — Дионис (Бахус).

Зима

Закутанный в плащ ребенок или старик с седыми волосами с серпом или в окружении голых деревьев;
старик у огня или женщина с непокрытой головой на фоне зимнего пейзажа.
зимнее животное — саламандра, дикая утка;
знаки зодиака — Козерог, Водолей и Рыбы.
божества — Гефест (Вулканом), бог северного ветра Борей.

Китай[править]

Порядок, правильное и образцовое поведение («времена года не ошибаются»). Изображаются цветами:

  • весна — вишня, персик и миндаль;
  • лето — лотос и пеон (солнечные символы);
  • осень — красный клен, вьюнок и хризантема;
  • зима — слива, бамбук и сосна.

В Древнем Китае различали пять времен года, соответствующих стихиям, цветам и т. д., причем пятое было очень коротким и шло сразу вслед за летом. Если на Западе смену времени года возвещают солнцестояния и равноденствия, то в Китае это происходит на месяц или два позже. Поэтому, когда китайцы говорят о сливовом дереве, цветущем зимой, это значит, что речь идет об апреле или мае.

Каждому времени года соответствует определенное растение:

  • весна — пион;
  • лето — лотос;
  • осень — хризантема;
  • зима — сливовое дерево.

Жизнь человека начинается в момент зачатия; ее сравнивают с четырьмя временами года:

  • весна продолжается до 15 лет;
  • лето — с 16 до 29 лет;
  • осень — с 30 до 39 лет;
  • зима — с 40 до 50 или 60 лет.

Календарь, который устанавливает порядок смены четырех времен года, определяет сроки равноденствия и солнцестояния, отмечает совпадение фаз солнца, луны и пяти планет и позволяет предвидеть наступление времени холода и тепла, смерти и рождения. Вот почему Священная особа Государя должна внимательно следить за числами календаря, чтобы на их основе предписывать подданным ношение одежды надлежащего цвета, согласно системе законов Троецарствия. Регулярно печатался народный календарь — альманах, дающий полезные советы для повседневной жизни и указывающий дни, благоприятные для рубки леса, ремонта домов, стрижки волос, брака, начала путешествия и т. п. Имелись в нем и главы, посвященные медицине, толкованию снов, предсказаниям…

МНМ
[править]

Календарь как система счисления временных промежутков, в мифологии выступает в роли одного из способов освоения мифологическим сознанием природных явлений. Представление о К. всегда связано с представлениями о хаосе и космосе, об устройстве мира, о земле, небе, звездах, человеческой жизни. Упорядочивающая деятельность времени в «нормально» функционирующем космосе представляется мифотворческому сознанию разумной, его необратимость — божественной мощью, его невещественность — таинственной силой созидания и разрушения. К. поэтому везде священен, а наблюдение за ним находится в ведении жрецов. Преобразования К., как и его неизменность, имеют сакральное значение: примером первого может служить реформа Нумы Помпилия в Риме, примером второго — клятва фараона при вступлении на престол не вставлять добавочных дней и не делать в К. никаких поправок. Хранящий образ жизни предков, К. представляется небесным образцом земного порядка.

Упорядоченный К. — принадлежность цивилизации. Наиболее примитивные календари чаще всего оперируют неравными периодами: изменчивы продолжительность дня и ночи, а следовательно длина и число дневных и ночных часов, различны по длительности времена года и сезоны. В древних же цивилизациях явственно прослеживается стремление делить время на равные части, создавая предельно упорядоченный и симметричный К., иногда в ущерб его практической точности и пригодности. Таков К. Древнего Египта. Иерархическое устройство К., где дни входят в недели, недели в месяцы, месяцы в сезоны, сезоны в годы, годы в различные циклы, осмыслялось мифологическим сознанием как соответствующая иерархия божеств со строгим подчинением младших и меньших старшим и бульшим. Образцом такого иерархического построения можно считать китайское «управление» времени с Тай-Суем — духом года во главе целого штата помощников — духов меньших частей времени. Сложная иерархия мифических начальников групп звёзд — «деканов» управляла временем в эллинистическом Египте. В календарной «иерархии» наблюдается тенденция воспроизводить числовую структуру одного деления на «уровне» другого. Так, тридцатилетний цикл у друидов (по Плинию) на уровне годов воспроизводил числовой образ месяца; Осирис, по мифу, правил 28 лет, то есть лунный месяц, выраженный годами; день в Китае делился на 12 часов — по числу месяцев. Универсалией для мифологизированного К. является также качественная наполненность времени, слитого со «своими» событиями, и посвящение дней, частей дня, времён года и т. п. различным духам и богам (сохранившееся даже в европейских названиях дней недели), предпочтительность и табуированность определённых отрезков времени для определённых действий.

Рассказы о создании упорядоченного К. включаются в космологические и космогонические мифы и мифы о культурных героях. В космогонических мифах упорядочивание мира приводит и к установлению К. В скандинавской мифологии, после того как мир был сотворён из тела великана, Один с братьями укрепил на небе искры, вылетавшие из преисподней, и уготовил им путь и место — разделил сутки на день и ночь. С той поры ведётся счёт дням и годам, а до этого упорядочивающего акта

«Солнце не ведало, где его дом, звёзды не ведали, где им сиять, месяц не ведал мощи своей…» («Старшая Эдда», «Прорицание вёльвы»).

В индуистской мифологии Варуна устанавливает последовательность смены дня и ночи, наступления месяцев и сезонов года, направление движения солнца и звёзд. Согласно алгонкинским мифам, в древние времена была вечная зима, но ласка с помощниками пробила в небе дыру в небесную тёплую страну — и подули тёплые ветры; ласка выпустила из клеток птиц небесного народа — и настало лето. Существенно, кроме того, понятие эталона временной продолжительности. Так, в индуистской мифологии год — это срок, в течение которого яйцо, золотой зародыш, плавает в водах первобытного океана, пока из него не возникает творец мира Брахма. Мифы о создании календаря всегда манифестируют представления о цикличности, но отмечается и благодетельность смены одной фазы другою, то есть поступательное движение времени внутри цикла.

В мифах о культурных героях речь идёт не о создании природного порядка, но об открытии его людям. Прометей у Эсхила считает объяснение календарных закономерностей людям важнейшим своим благодеянием. Культурную и социальную роль К. выделяют и мифы малоразвитых народов. Диери (Австралия) рассказывают, что луна была дана людям, чтобы они знали, когда справлять те или иные обряды. Создатели К. нередко бывают персонификациями солнца или луны, детьми этих светил. В других случаях культурные герои превращаются в солнце и луну по завершении своей цивилизаторской деятельности, создавая «органы времени» из самих себя и выступая тем самым и в космогонической функции. Беспорядок в ритме смены сезонов, дня и ночи, в движении светил, а также ускорение такого рода ритмов относятся к эсхатологическим мотивам (см. Эсхатологические мифы). В конце мира солнце так темнеет, что почти нет разницы между днём и ночью, луна беспорядочно меняет свой облик, солнце выходит за пределы зодиакального пути, появляются новые звёзды, а прежние меркнут, жара наступает зимой и холод летом. Потоп и мировой пожар можно себе представить как нарушение меры и ритма сезонного распорядка. В некоторых мифах это проступает со всей очевидностью. Так, в одном из египетских мифов рассказывается, как Ра, божество солнца, посылает на людей, ставших непокорными и непочтительными, своё око — дочь Хатор-Сехмет, которая в виде львицы начинает пожирать людей и всё живое. Свирепость огненной львицы грозит общей гибелью, и тогда Ра велит опоить Хатор красным хмельным напитком, разлитым на полях, который она принимает за кровь (воды разлившегося Нила имеют красноватый оттенок). Хатор утоляет жажду, пьянеет и успокаивается, а природа оживает и воскресает после спада губительной жары. Смена сезонов часто представляется битвой, борьбой, состязанием героев, из которых победивший получает жизнь, власть, какой-либо объект, воплощающий соответствующее время года (напр., майскую деву и т. п.).

В описаниях чудесной страны типа островов блаженных в греческой мифологии непременно отмечается либо отсутствие календарных изменений, либо их полная упорядоченность и симметричность, либо удлинение календарных мер. В первом случае говорится, что в блаженной стране нет смены времён года, а стоит вечная весна, всегда дует один и тот же ветер, например Зефир у Гомера, нет «вчера» и «завтра», потому что стоит незакатное солнце, вечный полдень или вечные предрассветные сумерки. Во втором случае отмечается, что день всегда в точности равен ночи и т. д. В третьем случае рассказывается, например, что эфиопы прибывают на счастливый остров и проводят там 600 лет, пока на их родине, куда они затем возвращаются, сменяется 20 поколений (Diod. II 55).

Итак, в противоположность представлениям об эсхатологическом ускорении времени смертных и нарушении его порядка сама упорядоченность мыслится божественной, а «особый» божественный К. как бы «замедленным». Так, 100 лет Брахмы, по индуистским представлениям, — это 311 040 000 000 000 человеческих лет, один день Брахмы — это срок существования данного мира (подробнее см. в ст. Брахма). След такого представления можно видеть и в библейском: «… пред очами твоими тысяча лет, как день вчерашний, когда он прошёл…» (Пс. 89, 5). Среди классических календарных мифов обычно выделяют месячные, или лунарные мифы, и солярные мифы, суточные и годовые, то есть сезонные, а также астральные мифы. В более узком смысле под календарными мифами понимаются мифы, отражающие сезонный цикл (см. Умирающий и воскресающий бог, Умирающий и воскресающий зверь).

Что касается мифологемы суточных метаморфоз, то она в строгом смысле слова не может относиться к календарной мифологии, так как наименьшая единица К. — сутки в целом. Однако в мифологическом смысле именно альтернация дня и ночи является элементарной семантической моделью оппозиций света и тьмы, по которой строятся все календарные мифологемы. Солярно-суточные и сезонно-аграрные циклы мифов сближаются и переплетаются иногда до отождествления (как в Египте), объединяясь на основе общей семантики борьбы положительного и отрицательного начал. Солярно-суточная, как и лунная, мифология признаётся обычно более архаичной, нежели сезонно-аграрная, а исчезновение и возвращение мифологического персонажа, воплощающего солнце, свет, тепло, плодородие, — более архаичной записью суточных и сезонных изменений, нежели убийство (умирание) и воскресение (оживание), в которых видят типично аграрную метаморфозу: смерть семени и его воскресение в виде растения. Типичным мифом об уходящих и возвращающихся божествах суточной смены является миф о египетском Ра. Уход и приход может быть перенесён с суток на сезоны (Персефона удаляется в царство Аида на время зимы) или на годовой путь солнца по эклиптике (так, Солнце-Аполлон уходит гостить к гипербореям и возвращается затем в Дельфы). Сутки могут представляться не только маршрутом солнца, но и его гибелью и рождением или освобождением, что облегчало отождествление суточно-солярной мифологии «одного дня» и мифов аграрного цикла. Получают мифологическое воплощение и части суток. В армянском фольклоре старик Жук у Жаманак (от пехлевийского «заман» — «время»), сидя на горе, скатывает по её склону поочерёдно то белый, то чёрный клубок ниток. В скандинавской мифологии Один дал ночи и дню коней и колесницы и послал их в небо, чтобы раз в сутки они объезжали всю землю. Ночь мчится впереди, и с её коня по имени Инеистая грива падает пена, покрывая землю росой. Конь дня зовётся Ясная грива, и грива этого коня озаряет землю и воздух.

Представление о частях дня переносится в мифологии на год и на более длительные сакральные циклы. Утро, полдень, сумерки и ночь метафорически означают весенний, летний, осенний и зимний сезоны. Разумеется, день может делиться на большее число частей, и времён года может быть больше в тех или иных календарях, но тенденция такова: утро — расцвет, ночь — гибель растительного мира. Особенно ясно выражена эта тенденция в тех условиях, где «зиме» соответствует холод и сокращение светлой части дня, а не там, где умирание природы связано с засухой, или «зима» — это сезон дождей.

Представления о мифологических эрах и больших периодах в развитых древних цивилизациях строятся по той же модели: расцвет и благополучие, золотой век вначале и затем постепенная порча и гибель. Тогда наступает период латентный, период «ночи», сна-смерти (напр., пралая в индуистской мифологии).

Отождествление частей дня и времён года с возрастами человеческой жизни, вероятно, также можно считать универсалией, причём представление года как человека рождающегося, растущего, старящегося и умирающего относится к самым устойчивым.

Общий для всех мифологических систем антропоморфизм, или точнее антропизм, имеет для мифологизированного К. то следствие, что он отождествляется с телом, а части времени — с частями тела. Такое представление пересекается с мифом о создании мира из частей тела жертвенного животного или человека. Так, в одной из упанишад («Брихадараньяка- упанишада» 1,1) мир — это жертвенный конь, причём год — это его туловище, времена года — члены, месяцы и полумесяцы — суставы, дни и ночи — ноги. Астрологи с их общей идеей единства микро- и макрокосма насчитывали в человеческом теле 360 костей и относили остеологию к астрономии. Любопытная календарно-соматическая мистика сохранилась у мусульманских потомков древних тьямов. Они полагают, что каждый год 60-летнего цикла их календаря исходит из какой-либо части тела Мухаммада: год крысы — из левого уха пророка, год буйвола — из левой ноздри и т. д. В то же время 30 дней месяца происходят от 30 зубов Адама (растущая и убывающая луна — это верхняя и нижняя челюсти). Некоторые эвенки до сего дня помнят старинный К. из 13 месяцев, именуемых по частям тела. Начало года — голова, затем год начинает спускаться вниз на левое плечо, потом следует локоть левой руки, запястье, суставы основания пальцев, средние суставы и последние суставы пальцев, после чего идёт второе полугодие в обратном порядке по правой стороне тела. Интересно, что у пигмеев Новой Гвинеи счёт идёт не по пальцам, а по органам левой, а затем правой стороны тела и доходит до 27 или 28. Соматический зооморфный или антропоморфный К. — это лишь частный случай общего закона отождествления единиц календарного цикла с различными элементами космоса. Можно указать на китайское деление неба на четыре части, так что восточная его часть соответствует Цин-луну («зелёный дракон»), весне, планете Юпитер, синему цвету, кислому вкусу, нравственной характеристике человеколюбие, и — из пяти элементов — дереву; южная часть — это Чжу-цяо («красная птица»), лето, планета Марс, красный цвет, вкус горечи, приличие, огонь и т. д.

Календарные единицы могут иметь этическую интерпретацию. В Китае весне соответствует человеколюбие, осени — справедливость, лету — приличие, зиме — мудрость; у Госиода горы, воплощения «поры», времён года, названы Эвномией («благозаконие»), Дике («справедливость» или «правда»), Иреной («мир» или «покой»); Гесиод производит их от Зевса и Фемиды, богини правосудия. Иногда горы отождествляются с тремя мойрами. С этическим кодом мы сталкиваемся в мифах, когда зло выражается в холоде или зное, а добро — в тепле, цветении или обилии влаги. В «Младшей Эдде» несходству зимы и лета даётся такое объяснение: отец лета — Свасуд («приятный»), он ведёт безмятежную жизнь, а отец зимы — Виндлони или Виндсваль («холодный, как ветер») — сын Васада («трудный», «неприятный»), и все в их роду жестокосердны и злобны. Дурная погода и сезон непогоды чаще всего воспринимаются как гнев или проклятие. Уход богини Тефнут, поссорившейся с отцом, богом солнца Ра, и её радостное возвращение после примирения означали в фазе гнева и ссоры ежегодную засуху, в фазе возвращения — прибывание вод Нила.

Можно упомянуть и ещё один любопытный способ передачи сезонных изменений — звуковой или музыкальный. В кельтской мифологии бог Дагдa, одно из главных божеств благодетельного пантеона, прославлен как арфист. Он играет на чудесной живой арфе-дубе, и в соответствии с характером его игры наступают те или иные сезоны. В орфических гимнах сохранён образ Аполлона, который играет на кифаре, создавая космическую гармонию, определив низкие струны для зимы и высокие для лета, отнеся весну к дорийскому ладу. Настраивая небо на дорийский лад, он избирает «животворную поросль», то есть как бы «настраивает» космос на весну.

Таким образом, календарные изменения могут иметь интерпретации этические и пространственные, цветовые и музыкальные, звериные и планетарные, зодиакальные, звёздные, а также интерпретируются в терминах стихий или элементов мира, пола и тела. Когда календарные единицы и их чередование переводятся при этом на «язык» персонажа и сюжета, получаются не мифологические «представления», о которых шла речь выше, а мифологическое повествование, то есть календарная мифология в узком смысле слова.

На основе календарной мифологии вырастает календарная словесность. Это загадки и пословицы, гороскопы и пророчества, поэмы типа «Трудов и дней» Гесиода и «Фаст» Овидия, вплоть до альманахов и сборников вроде толстовского «Круга чтения». Календарная мифология в изобразительных искусствах — это аллегории месяцев и сезонов, изображения символов и персонификаций времени с их атрибутами, это числовая ритмика орнаментов и предметов культа (ср., например, семисвечник) и т. д. Можно говорить и о календарной символике цвета, как в цивилизациях Месоамерики и в странах, где распространён китайский 60-летний цикл. Календарные постройки — это всякого рода ритуальные сезонные сооружения типа майского дерева или новогодней ёлки; образцом календарной скульптуры может служить снеговик.


Лит.: Лалош М. П., Времяисчисление христианского и языческого мира, СПБ, 1867; Макаренко А., Сибирский народный календарь в этнографическом отношении, СПБ, 1913; Черепиин Л. В., Русская хронология, М., 1944; Захарова И. В., Двенадцатилетний животный цикл у народов Центральной Азии, Труды Ин-та истории, археологии и этнографии АН Казахской ССР, т. 8, А.-А., 1960; Мелетинский Е. М., Поэтика мифа, М., 1976; Зелинский А. Н., Конструктивные принципы древнерусского календаря, в кн.: Контекст. 1978, М., 1978; Рабинович Е. Г., Тип календаря и типология культуры, в кн.: Историко-астрономические исследования, т. 14, М., 1978; Nillson Р., Studien zur Vorgeschichte des Weihnachtsfeetes, «Archiv fьr Religionswissenschaft», 1918, v. 19; Stadtmьller G., Saeculum, «Saeculum», 1961, v. 2, No 1; Watkins H., Time counts. The story of the calendar, L., 1954; Ohnuki-Tierney E., Concepts of time among the Ainu of the Northwest coast of Sahali, «American Anthropologist», 1969, v. 71; Calendar, в кн.: Encyclopaedia of religions and ethics, ed. J. Hastings, v. 3, N. Y., [1953]; Ekrutt J. W., Der Kalender im Wandel der Zeiten, Stuttg., 1972; Hubert H., Mauss M., Etude sommaire de la representation du temps dans la magie et la religion, в кн.: Melanges d’histoire des religions. P., 1909; Leaсh E., Primitive time-reckoning, в кн.: A history of technology, v. 1, Oxf., [1958].

H. В. Брагинская


[Мифы народов мира. Энциклопедия: Календарь, С. 15 и далее. Мифы народов мира, С. 3715 (ср. Мифы народов мира. Энциклопедия, С. 615 Словарь)]

Иллюстрации
[править]

Славяне
[править]

— исторически сложившаяся система членения, счета и регламентации годового времени, организующая обрядовый цикл (календарные обряды), хозяйственную и бытовую практику, в значительной мере также и верования, и бытование фольклора. В основе К. н. лежит христианский (церковный) календарь, определяющий состав, порядок, иерархию единиц годового времени (прежде всего праздников, постов и мясоедов), в значительной степени и их терминологию. Однако содержательная сторона К. н., интерпретация праздников, периодов и сезонов, а также приуроченные к ним обряды, обычаи, запреты, предписания в целом не выводимы из христианского учения и являются органическим компонентом народной традиции. Единицы К. н. неоднородны и разномасштабны. Кроме иерархической структуры «год-месяц—неделя—день» (ср. загадку: «Стоит дом в 12 окон, в каждом окне по четыре девицы, у каждой девицы по семь веретен, у каждого веретена разное имя»), выделяются сезоны, периоды, серии и другие группировки дней. Главные единицы К. н. соотнесены с разными природными явлениями: год и день — элементы большого и малого солнечных оборотов; месяц и неделя, хотя и привнесены христианским календарем, сохраняют соответствие с более древним счетом времени по лунным циклам (отсюда месяц — 'луна' и 'месяц, отрезок года') и фазам луны. Об этом свидетельствуют хронологические значения древних славянских месяцев и соответствующее им членение года, не совпадающее с юлианским календарем. Единство К. н. поддерживается существованием симметричных в годовом круге парных праздников (ср. Никола вешний и Никола зимний, Юрий весенний и осенний, Афанасий зимний и летний, святки рождественские и святки на Троицу и т. п.), праздников-«родствен-ников» (ср. рус. «Масленица — Семи-кова племянница»), терминологической «перекличкой» (белая неделя может быть у сербов на масленицу, на Пасху, после Троицы), значимостью для всего года того дня недели, на который пришелся один из крупных неподвижных праздников (особенно крещенский сочельник, Благовещение и др.), почитанием отдельных дней недели на протяжении больших периодов, особенно пятниц и четвергов, а также «сухих» дней, «градовых» дней и др. Начало года в народной традиции связывается главным образом с весной и пробуждением природы (в России до конца XV в. официальный календарь начинался с 1 марта, а затем до Петровских реформ — с 1 сентября). Практически оба начальных срока (зимний и весенний) в К. н. сохраняют актуальность и прогностическое значение для всего года. Согласно языковым и этнографическим данным, изначально год у славян делился не на четыре, а на два сезона: лето и зиму. Во всех славянских языках для обозначения лета и зимы служат одни и те же слова — лето и зима, тогда как в обозначениях весны и осени такого единства нет. На северо-западе Болгарии лето и зима назывались соответственно летнее солнце и зимнее солнце, а в Пиринском крае считали, что эти два солнца идут разными путями: одно — ближе к земле, другое — дальше от земли. Летнее солнце появляется на Благовещение (25.111), а исчезает на Воздвижение (14.IX), когда его сменяет зимнее солнце. Эти же точки оказываются главными границами летнего и зимнего времени у восточных славян. У южных славян подобное значение может приписываться также Юрьеву дню (23.IV) и Дмитриеву дню (26.X). В свою очередь, середина летнего и зимнего периода отмечены двумя крупнейшими праздниками (Иван Купала и Рождество), соотносительными по смыслу, символике и ритуальным формам. Тем самым год получает деление, не совпадающее с «официальными» границами сезонов, но приблизительно соответствующее точкам солнцеворота и равноденствия. Это делает год изоморфным суткам: в суточном круге день и ночь соответствуют лету и зиме, полдень и полночь — Ивану Купале и Рождеству, восход и заход солнца — Благовещению и Воздвижению, и даже опасный период святок находит себе параллель в «демоническом» отрезке суток от полуночи до рассвета. Обрядовая структура К. н. представляет собой цикл, условно членимый на следующие комплексы: (1) святочный (рождественский); (2) масленичный; (3) ранневесенний (недели Великого поста, день Сорока мучеников, Благовещение и др.); (4) средневесенний (Пасха, Юрьев день, Никола вешний, Вознесение и др.); (5) поздневесенний (троицко-ку-пальский период); (6) летний (жатвенная обрядность, Ильин день, Успение, Иван-Головосек и др.); (7) осенний, слабее всего выраженный в ритуальном плане (Семенов день, Рождество Богородицы, Покров, Дмитриев день, Михайлов день и др.); (8) зимний (адвент, Андреев день, Варварин день, Люция, Никола зимний и др.). Календарные обряды реализуют единый набор ритуальных форм (обходы, обряды с зеленью, ритуальные трапезы и угощения, возжигание огней, ряжение, изготовление и уничтожение ритуальных предметов, обереги, пение и т. п.), из которых в каждом комплексе и в каждом конкретном обряде в зависимости от его содержания фигурируют лишь некоторые. Например, продуцирующие и инициальные ритуалы приурочены главным образом к рождественскому и весенним комплексам, очистительные — к весенним, отгонные и защитные — к троицкому и купальскому, обходы и костры встречаются во всех комплексах и т. д. Границы комплексов нередко оформляются как «встреча» и «проводы» с характерным набором ритуальных действий: в первом случае это призывание, угощение, изготовление и внесение ритуального предметного символа и т. п., во втором — выпроваживание, удаление, изгнание, уничтожение его. В качестве символов, обозначающих границы периодов, выступают зелень, ритуальное деревце, чучело, пища, костры, ряженые персонажи. Единство календарных обрядов проявляется также на уровне их мифологического содержания. Кардинальными для календарной мифологии следует считать представления о необходимости ритуального «подкрепления» и магического стимулирования природного порядка (наступления весеннего тепла, начала вегетации, сохранения плодородия земли после снятия урожая и в конечном счете — самого движения времени) и соблюдения необходимого равновесия в отношениях с потусторонним миром, от которого зависит земное благополучие. Отсюда исключительное значение продуцирующей магии, поминальных ритуалов, а также особая мифоритуальная роль тех периодов, когда, по народным поверьям, души предков ходят по земле (святки, масленица, пасхальная неделя, русальная неделя). Третьим важнейшим компонентом календарных верований является демонологический, определяющий годовое расписание появления, активизации и исчезновения мифологических персонажей и роль охранительных ритуалов и отгонных мотивов в К. н. См. также Весна, Зима, Лето, Осень, Праздник, Время. Лит.: Календарные обряды и обычаи в странах зарубежной Европы. М., 1973—1983. Т. 1-4; Круглый год. Русский земледельческий календарь / Сост. А. Ф. Некрылова. М., 1991; Пропп В. Я. Русские аграрные праздники (опыт историко-этнографичес-кого исследования). Л., 1963. С. М. Толстая < SMES


  • Розальба Каррьера (Rosalba Carriera) Серия "Четыре времени года: Весна, Лето, Осень, Зима" (середина 1720-х гг.), из собрания Эрмитажа.

Если вы нашли ошибку в тексте или возможно у Вас есть что добавить.
Для изменения текста нажмите кнопку "править" вверху страницы
Поделиться: