Агасфер

Материал из Энциклопедия символики и геральдики
(перенаправлено с «Картафил»)
Перейти к: навигация, поиск


Агасфе́р
лат. — Ahasuerus < евр. Ahashwerosh — стилизованное имя персидского царя Ксеркса
Вечный жид
(Иосиф) Картафил — «сторож претория» (?)
Эспера-Диос — «надейся на бога»
Бутадеус — «ударивший бога»

Персонаж христианской легенды позднего западноевропейского средневековья, — иерусалимский сапожник, отказавший Христу во время его крестного пути в кратком отдыхе (не дал скамейку для отдыха) и велевшего идти дальше. В наказание ему отказано в покое могилы: он проклят на безостановочное скитание (должен без отдыха пройти все страны земли) до второго пришествия Христа, который один может снять с него зарок. В народных (еврейских ?) легендах — олицетворение своего разбросанного народа.

Имя Агасфер впервые появляется в 1602 г. как произвольное заимствование из ветхозаветной легенды об Эсфири. В более ранних версиях легенды встречаются и другие имена — Эспера-Диос, Бутадеус, Картафил.

По рассказу английского монаха Роджера Уэндоверского, вошедшему в «Большую хронику» (ок. 1250) Матвея Парижского, архиепископ, прибывший в Англию из Великой Армении, уверял, что лично знаком с живым современником и оскорбителем Христа по имени Картафил («сторож претория»?); он покаялся, крестился, принял имя Иосиф и ведет жизнь аскета и молчальника, отвечая только на благочестивые вопросы паломников; при встрече с Христом ему было 30 лет, и теперь он после каждой новой сотни лет возвращается к 30-летнему возрасту.

Атмосфера этой версии — отголосок эпохи крестовых походов и великих паломничеств.

В XV в. известны варианты, в которых акцент переносится с раскаяния на наказание «Вечного жида». Напр., он непрерывно ходит вокруг столпа в подземелье, или живет в заточении, за 9 замками, нагой и заросший, и спрашивает всех входящих к нему: «Идет ли уже человек с крестом?».

В 1602 г. выходит анонимная народная книга «Краткое описание и рассказ о некоем еврее по имени Агасфер» (первое упоминание имени Агасфер); переиздания, переводы и перелицовки на разных европейских языках следуют во множестве.

Образ бывшего иерусалимского сапожника, высокого человека с длинными волосами и в оборванной одежде тяготеет над воображением целой эпохи:

  • в 1603 г. «появление» Агасфра засвидетельствовано горожанами Любека,
  • в 1642 г. он «приходит» в Лейпциг;
  • его «видят» в Шампани, в Бове и т. д.

В XVIII в. легенда о нём становится предметом всеобщих насмешек и уходит в деревенский фольклор.

Печатное сообщение о встрече с Агасфером опубликовано в США в одной мормонской газете еще в 1868 г.


В основе легенды, видимо, лежат религиозно-мифологические и символические представления о человеке, до некоего момента (эсхатологической развязки) исключенном из общего закона смертности. Считалось[1], что такjва судьба каких-то очевидцев первого пришествия Иисуса Христа. В неё можно видеть реминисценцию таких образов и мотивов, как:

  • ветхозаветное проклятие Каину — скиталец, которого Яхве запрещает лишать жизни (Быт.4,10-15);
  • пророки Енох и Илия;
  • легенды о неумирающих королях (дон Родриго, дон Себастьян, Артур);
  • восточная легенда о Вечно Юном Ядире.

Легенда отразились и некоторые аспекты отношения средневековых христиан к евреям — в них видели:

  • людей без родины, обреченных на скитания,
  • «чудом» сохранявших этническую и религиозную самобытность,
  • живую реликвию «священной истории» Ветхого и Нового заветов,
  • убийц Христа и осквернителей «завета с богом».

В эсхатологическом будущем они должны примириться с богом через обращение к Христу наследников древнего обетования[2].

Все эти моменты присутствуют в легенде об Агасфере:

  • враг Христа,
  • свидетель о Христе,
  • грешник, пораженный таинственным проклятием и пугающий одним своим видом
  • через проклятие соотносится с Христом, с которым непременно встретиться еще в «этом мире»,
  • в покаянии и обращении — доброе знамение для всего мира.

Структурный принцип легенды — двойной парадокс, когда темное и светлое дважды меняются местами: бессмертие, желанная цель человеческих усилий[3] оборачивается проклятием, а проклятие — милостью (шансом искупления).

В фольклорной традиции оказывался в отношениях взаимозаменяемости с другими фигурами скитальцев или существами (Дикий охотник, привидение, просто дурное знамение), с которыми возможна неожиданная и странная встреча (Напр., Рюбецаль, горный дух средневековых легенд). Летучий Голландец сопоставим с Агасфером на суше. При этом он (необходимо по самой структуре мотива) выступает то жутким и опасным, то готовым на помощь и добрым.

Лесорубы Тироля вырубали топором кресты на гладкой поверхности пней, и этот обычай означал, что здесь можно отдохнуть страннику. По другим версиям, он означал место отдыха преследуемой «диким охотником» «лесной женщины», женских духов леса.

Основные значения:
[править]

  • обобщенный образ любого бегства или странствия (путешествия);
  • наказанные бесчувственность и жестокосердие.

Агасфер (Вечный Жид). Гравюра на дереве из Каён, 1820 г.

См. также:
[править]

Каин
Ксеркс

Путешествие
Летучий Голландец

Психология
[править]

По мнению Юнга, все такого рода образы представляют собой единый символ, указывающий на нетленную сторону человека, как в мифе о Диоскурах или Близнецах[4].

Искусство
[править]

Началом литературной жизни Агасфера можетсчитать рассказ Роджера Уэндоверского (13 в.). То его окончательное превращение из объекта веры в популярный предмет творческой фантазии следует отнести к XVIII веку:

  • Молодой И. В. Гете обращается к образу, чтобы выразить новое, проникнутое историзмом представление о религиозно-психологической атмосфере в Иерусалиме времен Христа — фрагмент неоконченной поэмы «Вечный жид», 1774 г.
  • К. Ф. Д. Шубарт трактует образ и сюжет в духе радикального просветительства — «Вечный жид», 1787 г.

Для романтиков сюжет легенды был особенно привлекателен, давая богатые возможности смены экзотических картин, эпох и стран, изображения эмоций обреченности и мировой скорби,; его разрабатывали:

  • П. Б. Шелли,
  • И. К. Цедлиц
  • В. А. Жуковский — неоконченная поэма «Агасфер, Вечный жид»

Э. Кине превратил его в символ человечества, пережившего свои надежды, но чудесно начинающего свой путь заново — философская драма «Агасфер», 1833 г.

В авантюрном романе Э. Сю «Вечный жид» (1844-45 гг.) выступает как таинственный благодетель, антагонист иезуитов.

Современный вариант «агасферовского» сюжета о проклятии тяготящего, безрадостного бессмертия дал аргентинский писатель X. Л. Борхес в рассказе «Город бессмертных», героя которого примечательным образом зовут Иосиф Картафил, хотя топика христианской легенды как таковой полностью элиминирована (Картафил идентичен не то с римским легионером IV в., не то с Гомером, он не еврей и никогда не видел Христа).

Литература
[править]

  • Аверинцев С. С. Одноимённая статья в MNME
  • Веселовский А. Н., Легенды о Вечном жиде и об императоре Траяне, «Журнал министерства народного просвещения», 1880, № 7-8 < MNME
  • К вопросу об образовании местных легенд в Палестине, там же, 1885, № 5 < MNME
  • Еврейская энциклопедия, т. 5, СПБ. [б. г.], стб. 896—904; < MNME
  • Zirus W., Ahasverus, der Ewige Jude, B.-Lpz., 1930 < MNME
  • Liefmann E., Antichrist und Ahasverus, «Judaica», 1947, № 15 < MNME

Иллюстрации
[править]

00-03-714-000.jpg

Примечания и комментарии
[править]

  1. Матф. 16, 28
  2. Так понимали во взаимосвязи Захар. 12, 10, Ос. 1, 7, Малах. 4, 5, Матф. 17, 10 и Рим. 11.
  3. Ср. этот мотив в эпосе о Гильгамеше
  4. KERL — 31

Если вы нашли ошибку в тексте или возможно у Вас есть что добавить.
Для изменения текста нажмите кнопку "править" вверху страницы
Поделиться: