Кабинетная мифология

Материал из Энциклопедия символики и геральдики
Перейти к: навигация, поиск


— совокупность персонажей, без должных оснований относимых к славянским языческим богам и фигурирующих в ученых сочинениях по славянской мифологии с XVIII в. по наши дни. В основе К. м. лежит представление о славянском язычестве как пантеоне «личных» богов, осмысляемых либо в антропоморфных образах, либо в виде идолов. Создание К. м. стимулировалось желанием воссоздать славянское язычество, недостаточно отраженное в древних источниках, несовершенными приемами донаучного, а в значительной степени и научного исследования, обилием разного рода вторичных и даже фальсифицированных источников. Существовала также устойчивая тенденция моделировать славянское язычество по образцу древнегреческой или римской мифологии. Наиболее последовательное выражение К. м. получила в книге А.Н. Афанасьева «Поэтические воззрения славян на природу» (1865-1869, т. 1-3). В одном ряду с «подлинными» богами славянского язычества здесь упоминаются и такие, отнесение которых к богам (а в отдельных случаях и само существование) сомнительно (Белобог, Вазила, Весна, Горыня, Жыж, Жыцень, Зирка, Зюзя, Купала или Купало, Лада или Ладо, Лето, Ляля, Масленица, Овсень, Цеця, Чур, Ярила или Ярило). Среди персонажей К. м. имеются такие, имена которых представляют собой названия сезонов (Лето, Весна) или календарных праздников (Купала, Коляда, Масленица). Эти названия могли осмысляться как имена собственные в календарных песнях, а также закрепляться за обрядовыми антропоморфными чучелами. Вообще названия чучел и кукол часто рассматриваются исследователями как имена языческих богов (Кострома, Морена). Имена таких персонажей К. м., как Лада или Ладо, Лель, Полель, образованы, по-видимому, в результате специфической интерпретации полубессмысленных припевов обрядовых песен, ср. в «Густынской летописи» (XVII в.): «Сего Ладона, беса, по некаких странах, и доныне на крестинах и на брацех величают, поюще своя некия песни, и руками о руки или о стол плещуще, Ладо, Ладо, преплетающе песни своя, многажды поминают». Уже в «Славянской и российской мифологии» А.С. Кайсарова (1804) теоморфный характер приписывался некоторым героям русских сказок (Баба Яга, Горыня). Десятки белорусских «богов» описаны в статье П. Древлянского (псевдоним П.М. Шпилевского) «Белорусские народные предания» (1846); описания П.М. Шпилевского изобилуют фантастическими деталями и не заслуживают доверия ни в целом, ни в частностях; однако на сведениях этого автора во многом основываются А.Н. Афанасьев и последующие авторы, говоря о таких персонажах, как Ярила и Чур, а также Вазила, Жыж, Жыцень, Зюзя, Цеця и др.

хххе́

Основные значения:

00-00-000-000.jpg

См. также:



Литература
[править]

  • Одноимённая статья в MNME

Примечания и комментарии
[править]

Зубов Н.И. Научные фантомы славянского Олимпа // Живая старина. 1995. № 3. С. 46-48; «А.Н. Афанасьев. Поэтические воззрения славян на природу». Спра-вочно-библиографические материалы. М., 2000. А.Л. Топорков < SMES


Если вы нашли ошибку в тексте или возможно у Вас есть что добавить.
Для изменения текста нажмите кнопку "править" вверху страницы
Поделиться: