Индуистская мифология

Материал из Энциклопедия символики и геральдики
Перейти к: навигация, поиск


Комплекс мифологических представлений, образов и сюжетов различного происхождения, объединённых в религиозной системе индуизма, сменившей к концу I тыс. до н. э. в Индии древнюю религию ведийского брахманизма. Оттеснённая в предшествующую эпоху с господствующих позиций реформаторскими движениями буддизма и джайнизма, брахманистская религия возрождается в новых исторических условиях в форме индуизма, вбирая в себя и ассимилируя многие народные верования и культы, ранее остававшиеся за пределами ортодоксальной ритуально-мифологической системы.

Ранний этап становления индуистской мифологии отражён в эпосах «Махабхарата» и «Рамаяна» (т. н. «эпическая мифология»), развитая индуистская мифология — в пуранах, религиозно-космогонических поэмах нач. I — сер. II тыс. н. э., а также в санскритской классической литературе и средневековых литературах на новоиндийских языках.

Уже в поздневедийской литературе образы богов, занимавших главенствующее положение в пантеоне древних ариев, отступают на второй план. В роли верховного божества в поздневедийский период всё чаще выступает Праджапати, бог-творец и бог-отец; к началу эпического периода его сменяет Брахма, в известной мере, как полагают, под влиянием философской поэзии упанишад (VII—VI вв. до н. э.), где Брахма выступает как персонификация высшего объективного начала — брахмана.

В эпосе отождествление Брахмы с брахманом не играет главной роли в его характеристике; образ Брахмы связывается прежде всего с космогоническим мифом, различные версии которого отражают как чрезвычайно архаические представления, так и относительно поздние философские спекуляции. Одной из наиболее распространённых остаётся восходящая к ведам версия происхождения мира из космического яйца, порождённого силой тепла в первозданных водах. В нём рождается демиург Брахма, который творит вселенную из материалов этого яйца. В эпосе вселенная постоянно обозначается как трилока («три мира») — неба, земля и подземный мир. Позднее представление о строении вселенной — «яйца Брахмы» (брахманда) — значительно усложняется. Сотворив вселенную, Брахма утверждает землю среди вод и звёзды на небе, определяет течение времени, создаёт смерть для спасения земли от перенаселения и т. д. Богам, своим потомкам, он отдаёт во владение отдельные сферы мироздания, учреждает основные социальные и политические институты, устанавливает на земле дхарму — священный закон, религиозные обряды и обычаи, сословное деление общества и права и обязанности четырёх варн (сословий), институт брака и т. д. Особенно подчёркивается в эпосе роль Брахмы в утверждении царской власти на небесах (где он ставит Индру царём над богами) и на земле. Но и Брахма, первоначально выступающий как «самосущий» (сваямбху), впоследствии утрачивает своё превосходство и вневременную позицию. В эпосе во главе пантеона наряду с Брахмой становятся Вишну и Шива. Боги же, занимавшие главные места в ведийском пантеоне, переходят на следующую (ниже) ступень иерархии, где составляют группу локапалов, хранителей мира, каждый из которых владеет одной из стран света [Индра, Агни (позднее его место занимает Кубера), Варуна, Яма]. Сохраняется древняя функция Индры — громовержца и подателя дождя, и в ещё большей мере его военная функция: он предводительствует богами в небесных битвах, он же — покровитель сословия кшатриев (воинской аристократии) на земле. Ведийский Варуна превращается во второстепенное божество вод. Напротив, большее значение приобретает Яма, который становится божеством смерти. Яма — властитель «предков» (питаров), то есть теней усопших. Позднее развивается представление о расположенных глубоко под землёй бесчисленных адах (нарака), которыми владеет Яма. Новое божество в пантеоне — Кубера, бог богатства и повелитель якшей, стерегущих сокровища. Кубера традиционно рассматривается как человек, возведённый в ранг божества. Позднее в группу локапалов включаются еще четыре божества: Агни, Сурья, Сома и Ваю. Не входят в группу локапалов, но остаются в пантеоне такие ведийские божества, как Ашвины, Сарасвати (см. рис.), Тваштар, более известный в эпосе под именем Вишвакарман.

Общее число богов и границы, отделяющие их от других мифологических классов, в эпической мифологии так же неопределённы и зыбки, как и в ведийской. Сохраняется традиционное их число — 33 и деление на группы: адитьи (12), васу (8), рудры (11) и Ашвины (2), но в действительности число богов, включённых в систему индуистской мифологии (на подчинённом положении), гораздо больше. Низшую ступень в иерархии пантеона занимают лесные и домашние духи, боги — покровители городов, гор, рек, деревень, домов и т. п. Боги послеведийского пантеона более антропоморфны. Они прекрасны, не касаются земли ногами, не отбрасывают тени и т. д. Они мудры, как и демоны, способны к оборотничеству.

В индуистской мифологии богам противостоят демоны — асуры, которые разделяются на дайтьев и данавов. В связи с борьбой богов и асуров излагается миф о пахтанье океана. Боги и асуры совместно пахтают океан, чтобы добыть из него амриту, напиток бессмертия (заменяющий ведийскую сому в индуистской мифологии). Они используют мифическую гору Мандару как мутовку, установив её на спине гигантской черепахи, опустившейся на дно океана, и обмотав, как верёвкой, космическим змеем Шешей (Васуки). Из океана кроме амриты появляются различные сокровища, в том числе Лакшми, богиня красоты и счастья, райское дерево Париджата, солнечный конь Уччайхшравас и др. Как побочный продукт пахтанья возникает страшный яд калакута (или халахала), грозящий уничтожить вселенную. Ради её спасения яд выпивает Шива. С помощью Вишну боги обманом отнимают у асуров амриту.

В эпической мифологии заметно увеличивается число классов демонов: асуры, ракшасы и пишачи, упоминающиеся ещё в ведах, противопоставляются трём классам положительных существ (соответственно богам, людям и питарам), но появляется множество новых мелких разновидностей (преты, праматхи, мандехи, кабандхи и т. д.). Расширяется мир низшей мифологии. Из вед переходят в эпос образы гандхарвов и апсар, которые антропоморфизируются. Наряду с якшами, изображавшимися в виде прекрасных юношей и дев, в свиту Куберы включаются гухьяки, полукони-полуптицы, и человекоподобные нары; гандхарвов в роли небесных музыкантов дублируют киннары, имеющие облик людей с конскими головами, сиддхи, ангелоподобные обитатели небесной сферы, и другие.

Позднее появляются видьядхары, духи горных лесов, сходные с эльфами европейского фольклора. Важную роль в индуистской мифологии играют наги, полудемонические существа змеиной природы. В мифологии эпоса наги-змеи связаны происхождением со своими антиподами — птицами супарнами. Гаруда, вождь солнечных птиц супарнов, особенно тесно ассоциируется в эпосе с мифологией Вишну.

В мифологии животных в индуизме, как и в ведийский период, важную роль продолжает играть корова. Появляется образ волшебной коровы Сурабхи, исполняющей все желания своего владельца. Широкое распространение получает культ обезьян; особым почитанием среди простого народа пользуется образ Ханумана, мудрого обезьяньего вождя, который в сказании о Раме помогает герою освободить похищенную ракшасами супругу. Многие животные включаются в культы главных божеств пантеона как их зооморфные атрибуты. Появляется в индуистской мифологии образ «ваханы» — животного (иногда растения) — «носителя» определенного божества. Так, «ваханой» Брахмы считается гусь, Вишну изображается сидящим на орле Гаруде, «вахана» Шивы — белый бык Нандин, жены его Деви (Дурги) — лев, и т. д.

В мифологии растений важную роль играет ашваттха (священная смоковница), в почитании которой развивается восходящая к ведам концепция мирового дерева; ньягродха (баньян), ашока (ей молятся женщины о родах), лотос, туласи (цветок, связанный с культом Вишну).

В индуистской космографии (в пуранах) земля описывается как плоский диск, в центре которого возвышается мифическая гора Меру. Вокруг неё, отделённые океанами, расположены четыре материка (двипа). Вокруг вершины Меру обращаются солнце, луна и звёзды.

Согласно представлению о вселенной как о «яйце Брахмы», над землей поднимаются ярусами шесть небес, чем выше, тем прекрасней; выше всех — «мир Брахмы» (брахмалока). На небесах обитают боги, святые мудрецы и другие существа полубожественной природы. Ниже земли расположены семь ярусов подземного мира (патала), где обитают наги и другие мифические существа. Еще ниже — семь зон адов — нарака. Под адами обитает дракон Шеша. «Яйцо Брахмы» окружено скорлупой, отделяющей его от пространства, где расположено бесчисленное множество таких же миров. Это уже сравнительно поздние представления, появляющиеся в развитом индуизме, признающем множественность миров, без конца исчезающих и возникающих снова.

Один из ведущих мотивов индуистской мифологии, восходящий еще к поздневедийской литературе, — магическая сила, даруемая аскетизмом. Тапас — умерщвление плоти — позволяет добиться исполнения любых желаний, соединяет в себе разрушительную и творческую силу, и подвижник обретает сверхъестественную способность плодотворения. Характерной чертой индуистской мифологии является сочетание в едином комплексе аскетического и эротического начала. Во многих эпических и пуранических сказаниях, Индра, страшась за свою власть, подсылает к подвижнику прекрасную аспару соблазнить его. Но и поддавшись соблазну, аскет не утрачивает окончательно плодов своего подвижничества.

Другой характерный мотив древних сказаний — проклятие отшельника, которое служит причиной несчастий или гибели многих эпических героев. Иногда проклятие превращает провинившегося на некоторый срок в животное или чудовище; иногда умилостивленные аскеты смягчают проклятие или определяют условия, при которых оно может быть снято; но отменить его не в состоянии даже они.

Превосходство мудрецов-аскетов над богами, которых они подавляют своим могуществом, отчетливо выражено в эпосе; оно находит отражение в мифической генеалогии, излагаемой в космогонических частях эпоса и в пуранах. Согласно этой генеалогии, в начале творения прародитель Брахма порождает шесть «сыновей духа», от которых происходят впоследствии все живые существа во вселенной. Это великие мудрецы-подвижники, образы их восходят большей частью к легендарным провидцам ведийских гимнов. В других версиях космогонического мифа число сыновей Брахмы (все они получают эпитет Праджапати) увеличивается до 10 или 17, и все они появляются чудесным образом из различных частей его тела.

Согласно одной из наиболее распространённых версий мифа, старший сын Брахмы — Маричи порождает Кашьяпу, тоже великого мудреца и подвижника (оба образа, восходящие к ведам, связаны с солярной мифологией). Сыновьями Атри, второго сына Брахмы, считаются Сома, бог луны, и Дхарма, бог справедливости (персонификация морального закона и вероучения; этот образ появляется только в индуистском пантеоне; позднее отождествляется с Ямой). Третий сын Брахмы — Ангирас — отец великого мудреца Брихаспати, а также, согласно некоторым версиям, Агни, бога огня. Брихаспати в индуистской мифологии — наставник и верховный жрец богов, персонификация планеты Юпитер; он ведет постоянную борьбу со своим соперником Шукрой, наставником асуров, персонифицирующим планету Венера. От четвёртого сына Брахмы — Пуластьи происходят Кубера и повелитель ракшасов Равана, от других сыновей Брахмы — различные мифические существа и животные. Седьмой сын — Дакша, появившийся из большого пальца на правой ноге Брахмы, порождает 50 дочерей, из которых 13 он выдаёт замуж за Кашьяпу, 27 (олицетворяющих созвездия лунного зодиака) — за Сому и 10 — за Дхарму. Согласно другим версиям, все сыновья Брахмы также получают в жёны дочерей Дакши. Старшие дочери Дакши — Дити, Дану, Адити — порождают от Кашьяпы соответственно демонов дайтьев и данавов и богов адитьев, от других жён Кашьяпы происходят различные классы мифических существ: гандхарвы, супарны, наги и т. д.

Число богов группы адитьев увеличивается до 12; она приобретает отчётливо выраженный солярный характер; 12 адитьев олицетворяют солнце в каждый из 12 месяцев года. Особо выделяется из членов группы Вивасват, представляющий собственно божество солнца. Детьми Вивасвата считаются Яма, Ашвины, а также Ману, прародитель человечества, герой мифа о потопе. Непосредственно к Ману возводит своё происхождение легендарная Солнечная династия царей, к которой принадлежит герой древнего эпоса Рама. С другой стороны, сын Сомы Будха (персонификация планеты Меркурий) и Ила (Ида), дочь Ману, считаются родителями Пурураваса, родоначальника Лунной династии, к которой относятся Бхарата (давший имя стране) и его потомки, герои «Махабхараты».

Легендарные цари, герои происходят от богов, сражаются на их стороне против демонов, иногда борются с самими богами. Рама побеждает вместе с братом Лакшманой многих ракшасов, он убивает Равану (похитившего его жену Ситу), которого не могли одолеть ни боги, ни демоны. В центре сюжета эпоса «Махабхараты» — конфликт между двумя великими героями — Карной, сыном бога Сурьи, и Арджуной, сыном Индры; в истории подвигов Арджуны отразился также мотив богоборчества (единоборство Арджуны с Шивой).

В космогонии получает развитие идея о цикличности вселенной, её периодическом разрушении и воссоздании. Существование и небытие вселенной определяются как «день» и «ночь» Брахмы; мир гибнет, когда Брахма засыпает, и с пробуждением его воссоздаётся снова. В разных текстах продолжительность «дня Брахмы» определяется различно (см. Кальпа и Юга).

По истечении «дня Брахмы» космический огонь, таящийся в глубинах океана в облике «кобыльей пасти» (Вадавамукха), вырывается наружу и пожирает миры; наступает период пралая, растворения вселенной в небытии.

В сложившейся индуистской мифологии Брахма переходит на подчиненное положение по отношению к Вишну и Шиве. Он сохраняет место в верховной триаде богов, представляя в ней функцию творения (Вишну и Шиве приписываются соответственно функции хранителя и разрушителя вселенной), но в поздней индуистской литературе Брахма — вторичный демиург, творящий мир по поручению Вишну или Шивы.

В эпосе и пуранах параллельно сосуществуют два главных мифологических цикла — вишнуитский и шиваитский. В вишнуитскую мифологию были включены некоторые из ранее самостоятельных местных верований и культов посредством сложившегося в индуизме учения об аватарах Вишну. Из этих 10 канонических аватар [к ним добавляются еще некоторые другие — эпический герой Баларама (Баладева), Джаганнатха, божество местного культа в Ориссе, средневековый вероучитель Чайтанья и т. д.] наиболее значительной является аватара Кришны, в образе которого слились элементы мифологических представлений и верований различного происхождения (в том числе культы Васудевы, божества, почитавшегося в Западной Индии и отождествленного впоследствии с Кришной; Нараяны, божества неясного происхождения, в котором персонифицируются первозданные воды; дравидского пасторального божества). Почитание Вишну в образе Кришны — кришнаизм — наиболее мощное ответвление вишнуитской мифологии и культа в религиозной системе индуизма.

В развитом индуизме именно Вишну (или Кришна) отождествляется с мировой душой, вытесняя Брахму с главенствующей позиции в религиозно-мифологической иерархии. Позднее складывается концепция майи Вишну. Майя понимается при этом как присущая Вишну энергия, материализованная в первозданных водах, из которых возникает мир; вселенная рассматривается как иллюзорное проявление майи, всепорождающей божественной субстанции.

В индуистской иконографии каноническим становится изображение Вишну, возлежащего на змее Шеше посреди космического океана; из пупа Вишну вырастает лотос, на котором сидит демиург Брахма. Пока Вишну спит, майя бездействует и иллюзия вселенной растворяется в небытии.

В мифологию Вишну включается образ богини Лакшми, которая рассматривается как супруга Вишну и как персонификация золотого лотоса, вырастающего из космического тела Вишну и отождествляемого со вселенной.

Мифология Шивы наиболее насыщена пережитками и элементами доарийского происхождения. Обособленная позиция Шивы-Рудры (см. Рудра) по отношению к богам арийского пантеона выражена в мифе о жертвоприношении Дакши, который в новой версии переходит из вед в индуистскую литературу. В индуистском пантеоне Шива сохраняет свой отчужденный характер. Он обитает на севере (ассоциируясь с не менее архаическим Куберой), вдали от населенных мест, на горе Кайласа в Гималаях, где пребывает как божественный подвижник, погруженный в медитацию, отрешенный от мира. В образе Шивы, «совершенного йогина», получает наиболее яркое воплощение мотив могущества аскетизма, и в нем же запечатлено характерное для индуистской мифологии единство аскетического и эротического начал. Не менее свойственны образу Шивы черты, восходящие к культу плодородия, и древний фаллический символ плодородия — линга (лингам) становится главным объектом почитания этого бога в индуизме.

В индуистской триаде Шива представляет функцию разрушения, но в шиваитской мифологической системе эта функция неразрывно связана с творческим аспектом; в мире непрерывных изменений разрушение неизбежно предшествует творению и его обусловливает. Космогоническая функция воплощена в образе Шивы — царя плясунов (натараджа). Этот образ, возрождающий первобытные представления о магической роли танца, символизирует проявление творческой и разрушительной вселенской энергии бога и очень популярен в индуистской иконографии.

В мифологии и иконографии Шива выступает как в милостивом, так и в грозном аспектах. В последнем его мрачный характер подчёркивается зловещей свитой полудемонических причудливых существ — ганов.

В сложившейся религиозно-мифологической системе шиваизма образ Шивы неразрывно связан с образом его жены Деви, почитаемой под многими именами. Шива и Деви символизируют в этой системе антагонистические и одновременно сотрудничающие творческие силы; соответственно в шиваитской иконографии лингам Шивы постоянно сочетается с символом женской творческой энергии — йони (образующим основание, из которого поднимается лингам). Изначальная чета рассматривается как отец и мать вселенной. Складывается концепция шакти, действенной энергии бога, воплощающейся в богине, его супруге. Эта концепция распространяется на все божественные пары индуистского пантеона, но отчётливое выражение получает именно в образах Шивы и Деви.

Шактизм — почитание творческой энергии Шивы, воплощённой в образе Деви, становится наиболее значительным ответвлением в средневековом шиваизме. В мифологии шактизма возрождаются чрезвычайно архаические представления, восходящие к первобытным культам богини-матери. В образе Деви ещё ярче выступает характерное для шиваитской мифологии сочетание противоположных аспектов — творческого и разрушительного. Благостная ипостась богини — милосердная Парвати, дочь гор (она же Ума, Гаури). В грозной своей ипостаси она носит имена Кали, Дурга, Чандика, Деви и др. и изображается в поздней иконографии как кровожадная и свирепая воительница верхом на льве, истребляющая мечом своих врагов.

С мифологией Кали-Дурги в средние века ассоциируются архаические культы некоторых местных богинь — Шиталы (тамильской Марияммы) — богини оспы, бенгальской Манасы, богини-змеи, и др., но полностью они с ней не отождествляются.

Благостная ипостась жены Шивы Парвати ассоциируется с образом её сестры, богини Ганги, персонификации священной реки индуизма, и играет важную роль в знаменитом мифе о нисхождении Ганги с небес на землю. С мифологией Шивы тесно связан также образ его сына Сканды (он же Карттикея, Кумара), нового бога в индуистском пантеоне, сохраняющего, однако, архаические черты, восходящие, возможно, к протоиндийской мифологии. Относительно поздно включается в пантеон другой сын Шивы, слоноголовый Ганеша, предводитель его полудемонической свиты, бог мудрости, покровитель наук и искусств, весьма популярный в средние века.

Примирение существующих параллельно внутри индуизма двух главных течений — вишнуизма и шиваизма — выражено в поздней концепции тримурти, единого бога в трёх ипостасях (Брахмы, Вишну, Шивы, с указанным ранее распределением функций). Другая попытка компромисса — средневековый культ Харихары, божества, объединившего в себе черты Вишну (Хари) и Шивы (Хары).

Параллельно с индуистской мифологией северной Индии развивается богатая и своеобразная мифология дравидского юга, оказавшая на индуизм значительное влияние. Ряд дравидских божеств включается в индуистский пантеон, отождествляясь с его центральными образами (тамильская богиня войны Коттравей — с Дургой, бог войны Муруган — со Скандой, и т. д.).

Индуистская мифология оказала большое влияние на религиозно-мифологические системы буддизма и джайнизма в самой Индии (в свою очередь испытав их воздействие), её образы и сюжеты вошли в литературы и искусство стран Юго-Восточной Азии и других, испытавших влияние индийской культуры; на протяжении столетий и до наших дней они питают многоязычные литературы и искусство Индии.

00-00-000-000.jpg

См. также:
[править]

Индийская мифология
Протоиндийская мифология
Дравидийская мифология
Ведийская мифология
Кришнаизм
Индуистские символы

Аруна, божество рассвета
Праджапати
Брахма
Вишну
Аватара
Баларама
Джаганнатха
Чайтанья
Кришна
Нараяна
Шива
Натараджа
Тримурти
Локапалы
Индра
Агни
Варуна
Яма
Кубера
Сурья
Сома
Ваю
Дхарма
Сканда
Ганеша
Харихара
Ашвины
Сарасвати
Тваштар
Вишвакарман
Шеша
Васуки
Гаруда
Сурабхи
Хануман
Нандин
Маричи
Кашьяпа
Атри
Ангирас
Брихаспати
Шукра
Пуластья
Равана
Дакша
Дити
Дану
Адити
Вивасват
Ману
Будха
Ила
Пурурвас
Бхарата
Солнечная династия
Лунная династия
Рама
Лакшмана
Сита
Карна
Арджуна
Шакти
Лакшми
Деви
Кали
Дурга
Парвати
Ганга
Натхдвара
Ишвара

Адитьи
Васу
Рудры
Якши
Гандхарвы
Апсары
Гукхьяки
Нары
Киннары
Сиддхи
Видьядхары
Наги
Супарна
Асуры
Дайтьи
Данавы
Ракшасы
Пишачи
Преты
Праматхи
Мандехи
Кубандхи
Каундинья
Наги в индуистской мифологии

Яйцо космическое
Кальпа
Юга
Вадавамукха
Майя
Трилока
Брахманда
Варны
Амрита
Мандара
Меру
Двипа
Брахмалока
Патала
Нарака
Тапас
Черепаха
Париджата
Уччайхшравас
Калакута
Корова
Обезьяна
Вахана
Гусь
Орёл
Бык
Лев
Ашваттха
Смоковница
Ньягродха
Баньян
Ашока
Лотос
Туласи
Линга
Йони
Нага, секта
Апава

Иллюстрации
[править]

Литература
[править]

  • Эрмин В. Г. Одноимённая статья в MNME

Тубянский М. И., К истолкованию мифа о Mahisamardanп, в кн.: Восточные записки, т. 1, Л., 1927 < MNME

  • Баранников А. П., Вступительная статья, в кн.: Легенды о Кришне, т. 1 — Лаллу джи Лал. Прем Сагар, пер. с хинди, M. — Л., 1937 < MNME
  • Гринцеp П. А., Древнеиндийский эпос. Генезис и типология, М., 1974 < MNME
  • Нарайан Р. К., Боги, демоны и другие, М., 1974 < MNME
  • Невелева С. Л., Мифология древнеиндийского эпоса, М., 1975 < MNME
  • Эрман В. Г., Темкин Э. Н., Мифы древней Индии, М., 1975 < MNME
  • Вhattacharji S., The Indian theogony, Camb., 1970 < MNME
  • Dowson J., A classical dictionary of Hindu Mythology and Religion, 9 ed., L., 1957 < MNME
  • Gonda J., Visnuism and sivaism, L., 1970 < MNME
  • Gopinatha Rao T. A., Elements of Hindu iconography, v. 1 — 2, N. Y., 1968 < MNME
  • Walker B., Hindu world: an encyclopedic survey of Hinduism, v. 1 — 2, L., 1968 < MNME
  • Hopkins E. W., Epic mythology, Strassburg, 1915 < MNME
  • Keith А. В., Indian [mythology]…, Boston, 1917 (Mythology of all races, v. 6, p. 1) < MNME
  • Zimmer H., Myths and symbols in Indian art and civilization, N. Y., 1947 < MNME
  • Thomas P., Epics, myths and legends of India, 12 ed., Bombay, 1961 < MNME
  • Gonda J., Die Religionen Indiens, [v.] 1 — 2, Stuttg., 1960—1963 < MNME
  • Daniйlou A.., Hindu polytheism, L., [1964] < MNME
  • Gupta Sh. M., Plant myths and traditions in India, Leiden, 1971 < MNME
  • O Flahertу W. D., Asceticism and eroticism in the mythology of Siva, L., [1973] < MNME

Если вы нашли ошибку в тексте или возможно у Вас есть что добавить.
Для изменения текста нажмите кнопку "править" вверху страницы
Поделиться: