Гидроп

Материал из Энциклопедия символики и геральдики
Перейти к: навигация, поиск

00-04-492-000.jpg 00-04-493-000.jpg

Животные

Глава 4 ГИДРОП ГРЕХ СЛАДОСТРАСТИЯ АРЕАЛ ОБИТАНИЯ лат. hydrops, antolops греч.///// "Физиолог", с. 148. Физиолог. Армяно-грузинский извод. III. Liber monstrorum. II. 24. (autolops) De Monstris et Beliuis. XXIII. Английский бестиарий. л. 10 об. Dicta Chrisostomi. л. 48 об. De Bestiis et aliis rebus. II. 2. Пьер из Бовэ. Бестиарий любви. II. 116. Альберт Великий. О животных. 22. 16; 22. 36 (calopus). Брунетто Латини. Книги сокровищ. 1. V. 177. Филипп Танский. Бестиарий. 757-798. Гийом Нормандский. Бестиарий. 239-278. ал-Бируни. Книга о лечебных веществах. 117. "Лисья книга". 42. 4. I. ЗАГАДКА ГИДРОПА Описание зверя по имени гидроп современного читателя ставит в тупик. Собственно, к этому и стремился автор "Физиолога", предлагая своему слушателю ошеломительную загадку. Гидроп отличается большими пилообразными рогами, с их помощью зверь пилит высокие деревья. Однако прибрежные кусты с тонкими ветвями легко удерживают рога этого животного. Жаждущий воды зверь, запутавшись в кустах, становится легкой добычей охотников, ранее не решавшихся приблизиться к нему. Иными словами, и сила и уязвимость гидропа заключены в его рогах. Странным образом зверь, низвергающий деревья, бессилен перед кустами. Сюжет в высшей степени запутанный, однако эти странности не носят случайный характер. Образ гидропа не ошибка и не сакральная загадка, а результат преднамеренных искажений. Гидроп - литературный мутант в традиционном мифологическом ландшафте, и появился он по воле автора александрийского "Физиолога". Гидроп - плод насмешливых и хитрых манипуляций с текстами, где упоминаются разные рогатые животные (уточним, гидроп - насмешка над мудростью эллинов). Строго говоря, это вовсе не зверь, а некое закодированное послание, которое нам предстоит расшифровать. В противном случае, мы вынуждены будем согласиться, что взаимоисключающие характеристики гидропа создают заведомо абсурдную картину. Как может животное, низвергающее деревья, стать пленником кустов? Это возможно только в случае, если трагический конец зверя призван воплотить сверхзадачу, выходящую далеко за пределы описания мира животных, поскольку сценарий событий противоречит логике мифа. Я полагаю, что пилообразные рога, внушающие ужас охотникам, и рога, вернее рог, лишающий гидропа силы, имеют разную природу. Причем истинная опасность, с точки зрения "Физиолога", заключена в невидимом роге. Загадка гидропа в том, что это трехрогий зверь, причем два мощных рога, по замыслу, должны скрыть третий. Пока неясно, почему третий рог вызвал такую озабоченность у автора "Физиолога". Очевидно лишь одно: то, что было изгнано или спрятано при создании сюжета, в первоначальной истории имело доминирующий характер. Речь идет о функции третьего рога и его носителе, животном, к гидропу никакого отношения не имеющего. Гидроп, наводящий ужас на охотников своими рогами, поразительно напоминает другого, не менее загадочного и парадоксального животного из того же "Физиолога". Имя этого зверя Единорог. "Физиолог говорит о нем, что такое свойство имеет: небольшое животное, подобное козленку, молчалив и кроток весьма; и не может охотник приблизиться к нему из-за того, что сила его велика. Один рог имеет в середине головы его" ("Физиолог", с. 139). Несмотря на усилия исследователей, ни то, ни другое животное не получили однозначного объяснения. Тему поимки единорога продолжим в специальной главе, и к этой фигуре мы вернемся еще не раз. Новый персонаж христианской зоологии - гидроп - сконструированная фигура и, видимо, лучший образец мнимой несообразности. Если принимается гипотеза о том, что описательная часть в "Физиологе" является эзотерическим текстом, призванным ошеломить или поставить в тупик посвящаемого, то образ гидропа не требует критического разбора. Это знак, стоящий на развилке путей, ведущих к Вечности или грехопадению. Согласно толкованию, "гидроп" - житель истинного града, одолеваемый низменными желаниями. Цель этого рассказа - указать путь к спасению. Но поскольку мы условились вести исследование с позиций античной описательной зоологии, то все же рискнем заняться анатомией гидропа. Наша задача - определить возможные источники "Физиолога", поскольку они неизвестны140, и выяснить степень искажений, неизбежных при создании комбинированной фигуры. Фактически задача сводится к восстановлению утраченных фрагментов исходной картины. Цель же исследования можно обозначить как выявление замысла или сверхзадачи христианского автора, занятого созданием новых животных. Собственно, автор "Физиолога" не скрывает своего замысла, напротив, он открыто декларирует его в толковании сюжета. При этом у читателя создается впечатление, что сюжет заимствован из какого-то независимого или даже авторитетного источника. Это ложное впечатление. И сюжет, и толкование к нему придуманы одним и тем же сочинителем и составляют единое целое. Похожую картину мы наблюдали при попытке выяснить тайну вымышленной пантеры и феникса, а впереди нас ждет история любви слонов. Вопреки уверениям автора "Физиолога" и современных его интерпретаторов, в сочинении речь идет не о животных, а о символах. Система христианских ценностей преподносится в псевдозоологическом оформлении. Поскольку животные из античного бестиария не самый удобный материал для христианских нравоучений, то можно смело полагать, что этот материал был перекроен в максимальной степени. Отдадим должное трудности задачи, стоявшей перед автором христианского варианта "Физиолога". В этой перспективе наше расследование приобретает характер высокого развлечения. Речь идет об интеллектуальной игре под названием "загадка александрийского "Физиолога"". Вернемся к гидропу. В средневековых бестиариях описанный зверь выступает под именем анталоп, что не следует путать с антилопой. Уже авторы XVII в. высказывали ироничное сомнение в правдоподобности этой истории141. Однако в их исследованиях нас интересует другое: pantolops в копто-арабском словаре означал unicorn 'единорог'. В двурогом гидропе скрыт единорог, таинственный зверь исчезнувших культур. Единорог знаменит своим единственным "рогом", мощным орудием, но не войны, а продолжения жизни. Выяснив назначение этого "рога", мы узнаем, почему возник замысел жалкой смерти гидропа на берегах реки. Итак, направление поисков указано. "Физиолог" сообщает: "О животном гидропе*.

  • Греч. //// - "водянка".

Это животное в высшей степени сильное, так что охотник не может приблизиться к нему. На лбу у него большие рога, имеющие вид пилы, так что пилит он большие и высокие деревья и валит их на землю. Когда же возжаждет, идет на реку Евфрат и пьет. Там есть кусты с тонкими ветвями. И начинает играть животное рогами с кустами и, запутавшись, удерживается, связанный ветвями. Ревет, желая убежать, и не может. А охотник, услышав его ревущего, приходит и убивает его. Толкование. И ты, истинный житель града, имеющий два рога - Новый Завет и Ветхий, которыми можешь бодать врагов своих: блуд, прелюбодеяние, сребролюбие и тому подобное, чтобы ты не был связан ими, которые удерживают, подобно кустам, и чтобы коварный охотник не убил тебя" ("Физиолог", с. 148). Разыскать зверя, который своими рогами валит деревья, но запутывается ими в прибрежных кустах, в сочинениях, предшествующих по времени "Физиологу", невозможно. Зато можно с уверенностью предположить, что образ гидропа является комбинацией двух животных, из которых одно связано с лесом (олень), а другое с водой (единорог, или истинный гидроп). Однако неясна мотивировка этой комбинации. Для нравоучительных целей греческого "Физиолога" подошел бы как тот, так и другой персонаж. Следовательно, у автора "Физиолога" имелись какие-то веские причины, заставившие его скроить из двух фигур одну. Назовем ее условно олень-единорог и уточним свою позицию. То, что речь идет о двух разных животных (олене и единороге), подтверждает описание зверя с пилообразными рогами из армянской "Лисьей книги", где зверь погибает отнюдь не на берегах реки, а в густом лесу. Армянский автор, излагая сюжет из "Физиолога", рационализирует его, добавив для убедительности описание каких-то чащ. Этот подход сигнализирует о том, что гидроп воспринимался с известным скепсисом, и у средневековых переводчиков возникало естественное желание свести его образ к одной из составляющих, а именно, к оленю. Исходная версия этого сюжета представлена в басне Эзопа, где олень становится жертвой льва, запутавшись рогами в ветвях лесной рощи уже после того, как напился воды (Басни Эзопа. 74). С оленями, в свою очередь, можно условно связать два первоначально независимых сюжета: а) животное, спасаясь от преследования в лесу, запутывается рогами в ветвях; б) олень, играющий своими рогами с кустами. Что же касается гидропа на берегу реки, то скрытым в тексте мотивом является мифическая способность животного, похожего на единорога, превращать с помощью своего рога горькие воды в сладкие. Скорее всего, мотив сладострастия каким-то образом связался в воображении автора "Физиолога" с аналогичным мотивом, навеянным игрой оленей с ветвями деревьев в период гона. В результате этой комбинации возник таинственный гидроп, в буйстве своем валящий деревья, но самым жалким образом застревающий в прибрежных кустах (наказание порока), а превращение горьких вод в сладкие изъято из сюжета. Страшные пилообразные рога появились у гидропа с той целью, чтобы в дальнейшем их можно было уподобить оружию, побеждающему блуд. Проверим эту гипотезу, привлекая для сравнения различные тексты. Но предварительно выскажем еще одно замечание. Сюжеты типа "козел у дерева" и "козел, запутавшийся в ветвях" (статуэтка из Ура), устанавливают мифологическую связь козла с божествами плодородия142. Например, на диадеме из сарматского кургана Хохлач изображены деревья, олени и бараны с ветвистыми рогами; рога животных соединены с ветками дерева. Толкование, предложенное автором "Физиолога", в скрытой форме также указывает на мотив сладострастия, однако рога, которыми животное играет с кустами, обретают прямо противоположную функцию: они уподобляются Новому и Ветхому Завету, которые призваны помочь жителю града победить блуд и прелюбодеяние. Такая трактовка мифологического сюжета имеет свою логику, поскольку преследует нравоучительную цель, достижимую путем сокрытия истинного характера событий. "Перевернув" картину толкования, можно восстановить утраченный фрагмент текста: если рога должны сразить блуд, то, значит, в исходном варианте "рог" был связан с чувственным наслаждением. Но для начала проследим за литературной судьбой придуманного автором "Физиолога" гидропа. Иногда, в поздних переводах "Физиолога", мотив сладострастия выступает на первый план. В толкованиях утропъ (гидроп) обозначает человека, отдавшегося "сласти житейской" и забывшего о вере. "Сласти житейской" уподобляются ветви дерева, удерживающие утропа143. В "Шестодневе" Псевдо-Евстафия этот зверь назван антолопом (/////). В армяно-грузинском переводе "Физиолога" зверь также назван антилопой, а в начало статьи добавлен характерный подзаголовок: "О подвизавшихся, которые не могли довести доблесть до конца. Есть зверь, который называется "антилопою". Свиреп и страшен этот зверь, так что у охотников нет возможности захватить его в руки. Рога его длинны и пилообразны, так что он распиливает большие и высокие деревья. Когда у него жажда, то он идет к реке Фисону и пьет воду. Имеются какие-то чащи с тонкими ветвями, которые называются "ерекинами"* Ветви его сплетаются с чащами и их ветвями. Ветви чащ захватывают и держат крепко, и он начинает реветь, так как хочет бежать и не может, так как он свернут, спутан [рогами] и стоит. Слышат рев охотники, приходят и убивают его.

  • Греч. ///// - "древовидный вереск". В древнерусском "Физиологе" это слово также оставлено без перевода: "Есть же ту древо ерекино, тонъкы ветви имыи".

И ты, подвижник монах, пока уповал ты на оба твои рога, то распиливал ветви - многословие, сребролюбие, похоть, супостата, гущу мира, прельщения дьявола. И радовались ангелы и силы. И твои два рога суть два завета. Но остерегайся, чтобы и ты, играя и борясь с чащами "ерекинами", не впутался в незначительное дело - одеяние или какие-либо иные побуждения, и не завяз в западне его, и не обрел тебя злой охотник дьявол" (Физиолог. Армяно-грузинский извод. III). В других армянских редакциях "Физиолога" о кустах нет и речи; зверь ловится в силки, расставленные охотниками, а приманкой служат фрукты: "Охотники идут к источникам воды, ставят силок в воде и на верхушке кладут фрукты, яблоки, а веревку прикрепляют к скале. Тогда зверь подходит к воде, почувствовав жажду, и, увидев яблоко, поднимающееся вверх по воде, идет - входит в нее, пьет воду, играет с плодом и радуется, не догадывается, что в воде скрыта западня. Затем, когда силок взлетает, он ловится и застревает внутри, ревет и воет, пока не приходят охотники убить его" В латинской рукописи Х в. содержится версия истории антолопа, видимо, наиболее близкая к гипотетическому оригиналу: Et juxta Euphraten flumen scribunt esse animal, quod nuncupatur Antholops (в рукописи Autulaps): quod longis cornibus que serrae figuram habent ingentia robora precidens ad terram depromit 'Возле реки Евфрат, пишут, есть животное, которое называется антолопс, имеющее длинные рога пилообразной формы; с их помощью оно колоссальные дубы без труда из земли вынимает' (De Monstris et Belluis. XXIII). Этому зверю ничто не может угрожать. Благодаря нравственной силе поучения, рассказ о гидропе вошел во многие средневековые сочинения (их перечень приведен в заглавии). Однако в этих сочинениях сюжет "Физиолога" лишь повторяется, поэтому знакомство с ними не разъяснит тайну гидропа. На пути простого пересказа сюжета мы далеко не продвинемся145. Так можно писать историю культуры, но не раскрывать сущность заинтересовавшего нас явления. Обозначим проблему яснее. Во французском бестиарии ХШ в. животное названо антилопой (antula). Антилопа дика и не подпускает к себе охотников. Рога у нее как пила, и она спиливает ими ветви деревьев. Когда ее одолевает жажда, она направляется к Евфрату. Там рога ее застревают в ветв ях, антилопа кричит и становится добычей ловцов. На миниатюре изображено животное, которое висит, зацепившись своими рогами за кусты. Ниже мы вернемся к этому мотиву (Dicta Chrisostomi, л. 48 об). В английском бестиарии XII в. животное названо анталопом (a ntalops). На рисунке четвероногий зверь лакает воду, а охотник пронзает его копьем. Текст в бестиарии завершается предостережением человека от густых зарослей сладострастия и ветвей порока, где дьявол - "льстивый ловец" - может легко настигнуть его (Англий ский бестиарии, л. 10 об.). В бестиарии из Бодлеанской библиотеки рисунок более близок к тексту: изящные рога животного, похожего на антилопу, переплетены кустарником, чем и воспользовался охотник146. Одо из Шерингтона называет зверя антиплос (antiplos)147 , а Альберт Великий - калопус (calopus)146. На Эбсторфской карте мира в Месопотамии изображен антолоп с гигантскими рогами, всем своим видом напоминающий горного козла. Животное стоит около большого дерева. Из надписи к рисунку следует, рога зверя являются страшным оружием: "Антолопс - животное, весьма сходное с оленем. Всякий, кто захочет подойти к нему, не сможет приблизиться. У него длинные рога, похожие на пилу и он режет ими деревья. И поднимаясь [на ноги] запутывается рогами в кустарниках и, поскольку не может освободиться, кричит громким голосом. И те, кто слышат голос, приходят и ловят его"149.В занимательном рассказе внимание средневековых авторов было сосредоточено на его символическом толковании. Иначе трудно объяснить, почему они не замечали прот иворечия в сюжете. Жажда, которой томится антилопа, мнима; столь же мнима и ловушка в тонких прибрежных кустах. Мощные рога антилопы - залог ее силы. Противоречие, которое возникает в сцене с прибрежными кустами, не смущало только автора "Физиолога" и его последователей. Дело в том, что мы знаем, как выглядел гидроп до того, как его образ подвергся переделке. 4.2. СЛАДКИЕ ВОДЫ Переводная средневековая армянская литература - хранилище историй о редких животных, порожденных древними культурами Средиземноморья. Именно здесь, на перекрестках роскошного зоосада, можно встретить истинного гидропа (а не мутанта, с которым мы имели дело до сих пор). Выглядел он следующим образом: "Есть животное, крайне незлобивое и безвредное; питается оно травою; на лбу у него один рог с концом, загнутым вниз, и конец тот крестообразен. Когда оно чувствует жажду, идет к воде, мешает своим рогом воду, и вода становится сладкой, ее пьет оно само, и какие ни есть животные, так как все животные смотрят на него в ожидании, что пойдет к морю и замешает воду рогом"150. Может возникнуть вопрос, не является ли новый зверь также объектом чьих-либо манипуляций. Ответ отрицательный, потому что эта фигура, в отличие от гидропа, находит соответствия в разных и независимых друг от друга источниках, и что важно, вписывается в универсальную мифологическую матрицу. Несомненно, что жаждущий зверь из "Физиолога" - это добрый единорог, вернее, одна из его ипостасей. Выше уже было высказано предположение, почему автор "Физиолога" совместил фигуры единорога и оленя. Казалось бы, олень мог запутаться в кустах независимо от того, напился ли он воды или нет. Но в таком случае главная цель поучительной истории не была бы достигнута. Два мощных пилообразных рога оленя призваны победить порок, воплощенный в фигуре единорога, чей рог превращает горькие воды в сладкие. Совместив единорога и оленя в образе гидропа, автор "Физиолога" создал животное, несущее в себе порок и наказание этого порока. Это объяснение выглядит не более надуманным, чем сама история гидропа, для разгадки которой не приложимы традиционные методы исследования. Мы столкнулись с литературной подделкой, не имеющей аналогов в мифологии. Двоящаяся фигура гидропа скроена нескладно. Олень и единорог обладают рогами, а рога, в свою очередь, связаны с мотивом сладострастия, тогда как в образе гидропа "олень" должен посрамить "единорога". Здесь ключ к разгадке, что косвенно подтверждается и толкованием сюжета: нарисованная картина призвана убедить истинного жителя града, имеющего два рога, - Новый Завет и Ветхий, победить с их помощью блуд и прелюбодеяние, и не стать жертвой коварного охотника. "Рога" оленя гарантируют победу, а "рог" единорога манит в сладкие сети дьявола. Окончательный ответ следует искать в мотиве воды (вода как знак свершившегося оплодотворения*)151, ибо в воду опускался иной орган, абсолютно табуированный впоследствии, но об этом чуть ниже.

  • Ср.: "Когда вздувшийся и разлившийся Нил достигает окраинных пределов, то это называют соитием Осириса и Нефтиды, о котором свидетельствуют возникающие растения" (Плутарх.. Об Исиде и Осирисе. 38).

Возможно, что история происхождения волшебного единорога, пьющего сладкую воду, имеет и какие-то реальные основания. Их можно усмотреть в области представлений, нашедших отражение в "Истории животных" Аристотеля: "Радуются лошади лугам и болотам, так как они пьют мутную воду, и, если она чистая, они взбалтывают ее копытами, затем пьют и купаются. [...] Бык составляет противоположность лошади; если вода не чиста, не холодна и с примесями, он не станет пить" (Аристотель. История животных. VIII. 24. 150). Что же касается глубинного мотива превращения горьких вод в сладкие, то одна из первых литературных фиксаций представлена в диалоге шумерских богов, Энки (бога мировых пресных вод) и его жены, которая жалуется на "бесполезный" дар Энки: Вот дал ты мне город, вот дал ты мне город, а что мне в твоем дарении? В моем городе нету воды в каналах! Его колодцы с водою горькой не дают расти зернам-злакам на полях, в бороздах, на нивах [...] Отец Энки Нинсикиле так отвечает: [...] "Устами воды прибрежной, бегущей воды, Злаки из земли для тебя подымутся, По путям твоим просторным вода да выбежит, Город твой водой изобилия тебя напоит. Дильмун водой изобилия тебя напоит. Твои колодцы с водою горькой да станут колодцами с водою сладкой!" [...] Его корень рвы наполнил семенем, Его корень тростники окунул в семя, Его корень дал жизнь покрову могучему152. Жизненная сила бога Энки, заключенная в его семени, дала рост буйной растительности в стране Дильмун. Единорог, опускающий свой рог в соленую воду, чтобы сделать ее сладкой, унаследовал эту способность от архаического божества плодородия. В обозначенной перспективе загадочная история Девы и Единорога, известная только по новелле из "Физиолога", представляется репликой обряда священного брака, который воспроизводит архетип первого совокупления. Рассмотрим для ясности еще один пример. В "Суждениях духа разума", сочинении, отражающем космогонические идеи зороастризма, упоминается мифическое существо - трехногий осел. Согласно "Суждениям", "трехногий осел находится в центре моря Варкаш, и всякую воду, которая льется на труп, менструальные выделения и другие экскременты, когда они достигают трехногого осла, - он все своим взглядом очищает и освящает"153. Космический осел превращает нечистые воды в чистые, что равнозначно обезвреживанию ядов с помощью сосуда, изготовленного из рога индийского однорогого осла. Элиан пересказывает историю, сообщаемую Ктесием Книдским: "Говорят, что тот, кто выпьет из такого рога, получит защиту от всех неизлечимых болезней, он не подвергнется ни судорогам, ни тому, что называют священной болезнью [эпилепсией], и не погубит его яд; даже если перед тем, как выпить [из рога], он проглотил что-нибудь вредоносное, он извергнет это и невредимым избежит дурных последствий" (Элиан. О природе животных. IV. 52). Способность обезвреживать яд приписывалась и чашам из рога носорога и рогов каких-то мифических быков (алБируни. Минералогия, с. 195-196). Зороастрийский осел метафоричен, а часть его функций табуирована, поэтому в некоторых текстах говорится о том, что он очищает воду взглядом. По-иному выглядит описание трехногого осла в "Бундахишне", где масштабно представлен мотив плодородия и очищения. У осла шесть глаз, один рог, тело белое, пища духовная. "Силою этих шести глаз он подавляет и разбивает. [...] Рогом он очень жестоко разбивает и уничтожает все старания вредных существ. [...] Когда он кричит, все самки водяных тварей - творения Ормазда - беременеют, а все беременные водяные вредные твари, когда слышат этот крик, выкидывают [своих] детенышей. Когда он мочится в море, вся морская вода, что в семи земных кешварах, становится чище, по этой причине все ослы, когда входят в воду, мочатся в нее. Как он говорит: "О трехногий осел! Если бы ты не был создан для воды, вся вода в море пропала бы из-за осквернения ее ядом, который Злой дух внес в воду через смерть творений Ормазда". Тиштар (Сириус) берет из моря очень много воды с помощью трехногого осла" (Бундахишн, с. 290-291). Таким образом, мы можем полагать, что мифическая фигура древних космогоний обрела земной масштаб в образе гидропа. Иоганн ван Гессе из Утрехта полагает, что видел единорога во время паломничества в Палестину в 1389 г. Он сообщает: "Близ поля Елионского в Земле обетованной есть река Мара, чьи горькие воды Моисей сделал пресными ударом жезла, дабы сыны Израилевы могли пить. До сего дня, рассказывают, после захода солнца зловредные животные отравляют воду сию, так что никто не может пить. Но рано утром, как только взойдет солнце, из океана приходит единорог; он окунает свой рог в воду и разгоняет яд, так что весь день другие животные могут пить. То, что я описываю, я видел собственными глазами". В земле обетованной встречаются разные водные источники, в том числе, и непригодные для питья, и единорог здесь не при чем. В связи с темой превращения горьких вод в сладкие рассмотрим еще один небольшой сюжет в изложении Илария Пиктавийского (IV в.), епископа г. Пуатье. В трактате "Изъяснение тайн" Иларий Пиктавийский размышляет над эпизодом из Книги Исход (15: 22-26), когда народ Израиля, ведомый Моисеем по безводной пустыне, на третий день находит горькую воду. Далее происходит нечто непонятное. Чтобы лишить воду горечи, Господь приказывает Моисею опустить в воду дерево. Это обстоятельство вызвало у Оригена эмоциональную реакцию: "Как будто бы Бог не мог сделать сладкую воду и без дерева!". Иларий Пиктавийский пишет: "В пустыне же народ томится жаждою, вода горька, поднимается ропот на вождя, является дерево, и после того, как оно опущено в воду, та делается сладкою, и в сем усматривается и оправдание, и осуждение, и испытание. [...] Хотя подстрекательства строптивых совращают умы и хотя заблуждение неверных запирает их разумение засовом непослушания, но все же не могли они не признать истинность столь великого чуда. Ибо какую принудительную силу заключает в себе кусок дерева или какое содетельное начало содержит в себе безжизненная древесина, чтобы могла она устранить горечь, чтобы могла она возбудить сладость, чтобы могла она естество придавать или отнимать, когда то, от чего они отказывались с отвращением, не оказалось сладким на вкус? И хотя в происходившем тогда присутствовало содетельное начало Божественной силы, переменяющей естество с одного на другое, однако надо думать, что и дерево тут сослужило свою службу, так что изменения свойств воды не случилось бы без его содействия"154. Согласимся с епископом, что дерево сыграло свою роль, поскольку без него не произошло бы превращения горьких вод в сладкие. Несомненно, что дерево Моисея и "рог" единорога выполняют одну и ту же функцию. 4.5. РОГА, ПРИНОСЯЩИЕ СМЕРТЬ Гидроп в конце концов гибнет. Разберем обстоятельства этой смерти, отметив парадокс: если, по замыслу, рога - необходимое оружие в битве с искушениями, почему же они столь уязвимы. Может быть, все дело в неразумности гидропа, использующего рога не по назначению. Далее, для удобства, зверя с пилообразными рогами будем именовать, следуя средневековым бестиариям, антилопой, отличая ее от безобидного единорога, превращающего горькие воды в сладкие. Разумеется, не может быть и речи о поиске тождества этих мифических персонажей с реальными животными. "Антилопа" и "единорог", как и производный от них "гидроп", существуют только в виртуальном мире бестиариев, что, однако, не противоречит привлечению для сравнительного анализа некоторых естественнонаучных фактов. Как будет показано ниже, в образе "антилопы" скрыты горный козел, олень и как таковая антилопа. Например, Тимофей описывает орикса, который, сталкиваясь со львом, способен убить его своими рогами; об этом животном говорится также, что реки, Нил и Гидасп, вскармливают ориксов (Тимофей из Газы. 23. 2, 5). Орикс Тимофея - это саблерогая антилопа (Oryx leucoryx) или бейса (Oryx beisa). Во времена Аристотеля ориксами называли представителей североафриканских и аравийских сернобыков рода Oryx. Некоторые из них часто теряли один из своих длинных и острых рогов и приобретали внешность "единорога". Арабский географ Х в. аль-Бакри описывает ливийских антилоп, обладающих тонкими острыми рогами такой длины, что они мешают самцу покрывать самку (Арабские источники Х - XII вв., с. 178). В последнем случае речь идет об антилопе орикс (Oryx tao), ее рога, торчащие копьями, имеют в длину более одного метра. Путешественник из Андалузии ал-Гарнати (XII в.), посетивший с торговыми целями самые отдаленные земли от Судана до Булгара, запечатлел рассказы о своих странствиях в книге "Подарок умам и выборки диковинок". Об антилопе орикс, обитающей в Судане, он сообщает вполне достоверные сведения: "У жителей этих стран есть животное, которое называется ламт. Оно напоминает большого быка. Два его рога подобны копьям, по длине они равны туловищу животного и тянутся вдоль его спины. Если ламт пронзит ими какое-нибудь животное, то убьет его мгновенно" (Арабские источники ХII-ХIII вв., с. 25). Относительно рогов антилопы, подобных пиле, следует напомнить сведения Диодора о том, что охотники на страусов против нападающих на них эфиопов "используют в качестве защитного оружия рога антилопы; [эти рога] большие и пригодны для резания, и польза от них велика; в стране они в изобилии, поскольку таких животных множество" (Диодор Сицилийский. III. 28). После того, как мы обнаружили истинного гидропа (волшебного единорога) и убедились, что антилопа и гидроп разные существа, возникает правомерный вопрос: где антилопа находит свою смерть - в густом лесу или в прибрежных кустах? Если окажется, что антилопа погибает в лесу, то смерть гидропа в прибрежных кустах - изящный вымысел автора "Физиолога". Существует целый класс рогатых животных, которым, по мнению древних авторов, рога в трудных ситуациях не приносят пользы. Размышляя о пользе рогов для обороны или нападения, Аристотель полагает, что среди животных есть исключения из правил: "тем же, у которых вырастание рогов не приносит пользы, природа предоставила другую защиту, например, оленям - быстроту (ведь величина и ветвистость их рогов скорее вредят, чем приносят пользу), также газелям и антилопам (против некоторых животных они защищаются, выставляя рога, но от диких и воинственных убегают)" (Аристотель. О частях животных. III. 2). Ал-Бируни в сочинении о лекарственных веществах описывает животное иййал (горного козла, или оленя), смерть которого заключена в его рогах. Рога иййала огромны и тяжелы. Если зверь попадает в густой лес, то запутывается в нем своими рогами. Обратим внимание на то, что этот горный козел своими мощными орудиями деревьев не пилит. Антилопе из "Физиолога", напротив, высокий лес не страшен. Казалось бы, речь идет о разных персонажах. Однако одна особенность все же позволяет сблизить иййала с антилопой. У этих зверей рога необычной величины и приносят им смерть. Сведения о взаимоисключающих характеристиках рогов "антилопы" составляют содержание эзотерической загадки. Вероятнее всего, ал-Бируни, так же как и автор "Физиолога", передает десакрализованный вариант мифа о жертвоприношении козла у корней дерева. Согласно "Ригведе", у мирового дерева приносили в жертву коня и козла, которые символизируют, соответственно, верхний и нижний уровни космоса155. В индоиранской традиции образы оленя, коня, козла и барана были семантически близки друг другу156. О иййале также сообщается, что он поедает змей и вынужден пить воду, чтобы нейтрализовать действие внутреннего яда. Поедание змей устанавливает связь иййала с оленем, который, согласно античной традиции, обновляет свою жизнь, поедая змей. Однако уязвим горный козел только в густом лесу. Ал-Бируни сообщает: "Иййал - горный козел: олень. Ал-Халил говорит: это [животное] называется иййалом потому, что оно прибегает к горе и там укрывается; это - самец горных коз. [...] Что касается иййала, то он имеет рост быка и своей мордой походит на него. Два его рога возвышаются высоко и имеют множество ответвлений, исходящих от одного [основания], служащего как бы корнем. Иногда вес каждого рога достигает десяти маннов. В них смерть [иййала]: если он заходит в густой лес. то запутывается в нем своими рогами" (ал-Бируни. Книга о лечебных веществах. 117)*.

  • Продолжение цитаты см. в главе 3, § 5: "Олень и змей".

Подобен иййалу зверь с пилообразными рогами, чье описание взято нами из средневековой арабской "Книги лисьих притч", основой для которой, по мнению Н. Я. Марра, послужила армянская "Лисья книга"157. Эти сведения окончательно убеждают, что антилопа (иййал, олень) и гидроп (единорог) - разные существа, и, в целом, подтверждают гипотезу об искусственной переделке традиционного сюжета автором "Физиолога". Одновременно эти сведения позволяют наметить различие между мотивами смерти, поджидающей оленя в густом лесу, и игрой рогами с кустами. Зверь с пилообразными рогами входит в чащу и играет рогами с ветвями, скача от дерева к дереву. Отметим также, что и этот зверь своими рогами деревьев не пилит, а жаждой не обуреваем. "В одной безлюдной местности обитало животное с рогами, подобными пиле; оно входило в чащу и своими рогами играло [скача] от дерева к дереву; одна "ветка сломалась и ввернулась ему в рога; животное хотело освободиться от нее, но не смогло и начало реветь во весь голос; охотники услышали, пришли и убили его. Показывает нам: мы преданы любви к миру и его славе и наслаждаемся в мерзких грехах и страстях; потому сатана отыскивает нас, прильнувших [к грехам], и приходит погубить нас" ("Лисья книга". 42). Относительно буйного поведения "антилопы", видимо, не лишним будет естественнонаучный ракурс об оленьих рогах. Как известно, олени ежегодно сбрасывают рога и отращивают их заново к началу года. Растущие рога покрывает мягкая кожа. Весной и летом, пока рога отрастают, а самки не готовы к спариванию, олени-самцы держатся тихо и незаметно. К середине лета ситуация меняется. Ткань на рогах начинает отмирать и облезать, обнажая полностью сформировавшиеся, окостеневшие рога. Олень помогает ее удалению, энергично очищая рога о стволы и ветви деревьев. У многих видов оленей самцы возвещают начало гона - обычно на исходе лета - ревом. В это время самцы имеют привычку буйствовать среди подлеска, ломая ударами рогов кусты и молодые деревца. Подобные игрища в период гона напрочь истощают физические силы животных, что было хорошо известно древним наблюдателям. Примером этому служат наблюдения охотников за оленями, отраженные в "Истории животных" Аристотеля: "Рога они сбрасывают каждый год, в месяце таргелионе [середина июня]. Когда они сбрасывают их, они прячутся днем, как было сказано; прячутся в густых кустах, опасаясь мух: пасутся в это время ночью, пока не отрастут рога. Возникают рога сначала как будто в коже и становятся волосатыми, когда же вырастают, то выставляются на солнце, чтобы рог созрел и высох. Когда же они не болят больше при чесании их о дерево, тогда олени оставляют эти места, так как, имея чем защищаться, исполняются отвагой" (Аристотель. История животных. IX. 5. 37-38). Мотив - рога, приносящие смерть, - представлен в басне Эзопа "Олень и лев". Драма оленя заключена в рогах, на которые он возлагает большую надежду. Трудно отказаться от впечатления, что история оленя из басни Эзопа повторяется в образе иййале, описанном ал-Бируни: и тот и другой зверь находят свою смерть в густом лесу. "Олень, томимый жаждой, подошел к источнику. Пока он пил, заметил он свое отражение в воде и стал любоваться своими рогами, такими большими и такими ветвистыми, а ногами остался недоволен, худыми и слабыми. Пока он об этом раздумывал, появился лев и погнался за ним. Олень бросился бежать и далеко его опередил (ведь сила оленей - в их ногах, а сила львов - в их сердцах). Пока места были открытые, олень бежал вперед и оставался цел, но когда добежал он до рощи, то запутались его рога в ветвях, не мог он дальше бежать, и лев схватил его. И, чувствуя, что смерть пришла, сказал олень сам себе: "Несчастный я! В чем боялся я измены, то меня спасло, а на что я больше всего надеялся, то меня погубило" (Басни Эзопа. 74). 4.4. ДИКИЙ ЗВЕРЬ ТЕЛОРОГ Семейство фантастических рогатых животных, буйствующих в лесах, можно пополнить еще одним экземпляром. Интересен он, в первую очередь, тем, что выявляет особую нишу развития, независимую от "Физиолога". В древнерусском Азбуковнике XVII в. под именем "телорог" описано животное с оленьими рогами на голове, верхняя половина тела у него как у человека, нижняя - как у зверя, передние ноги - птичьи, задние - конские. Далее сообщается любопытная подробность, позволяющая не только сблизить "телорога" с описанными выше мифическими персонажами, но и проливающая свет на мотив сцепливания рогов животного с деревьями. Оказывается, что "телорог", запутавшись рогами в ветвях, висит и таким способом рожает. "Телорози, дикия звери, иже от главы до пояса имут образ чл~чь, розиж на гл~ве елени, прочееж от пояса зверино тело имуще, нози преднiи птичiи, а заднии коневiи, егда бо начнутся гонити, роги ся сцепляюще, висят у древа, и тако ражают дети" (Азбуковник. 1947). Описание телорога имеется и в "Сказании об Индийском царстве" 158. Что означает это существо, совместившее в своем облике черты человека, оленя и птицы? Подобная триединая фигура (лицо - человека, торс - зверя, рога - оленя) представлена на скифском ковре из Горного Алтая159. У нее задние львиные лапы с мощными когтями, а передние лапы трехпалые. Считается, что этот образ заимствован из Ирана. Изображение оленя с птичьими ногами имеется в одном из латинских бестиариев160. 4.5. ТРОСТНИК Согласно "Физиологу", жаждущий гидроп устремляется к водам Евфрата. На берегах реки растут кусты вереска с тонкими ветвями, и гидроп играет своими рогами с их ветвями. Может возникнуть вопрос, случайно ли в тексте фигурируют прибрежные растения? На первый взгляд, заросли тростника самым естественным образом занимают широкие пространства приморских равнин, озер и болот, заливаемых во время летнего паводка на Евфрате (ср. Страбон. XVI. 1. 9). Кажется, однако, в сюжете речь идет о другом. Согласно Плутарху, "не только Нил, но и вообще всякую влагу называют истечением Осириса; и в честь бога впереди священной процессии всегда несут сосуд с водой. С помощью знака тростника египтяне изображают царя и южные пределы мира, а тростник символизирует увлажнение и оплодотворение всего сущего и по природе кажется похожим на детородный член. [...] Творческая и производительная сила бога с самого начала включала в себя влажную материю и через влагу соединялась с тем, что создано для участия в порождении" (Плутарх. Об Исиде и Осирисе. 36; ср.: Геродот. II. 48). В античном мировосприятии семенная жидкость лозы приравнивалась к семенной жидкости человека. Жизненный сок человека описывался в тех же терминах, что и растительный. Гомер говорит о теле старика, утратившего силу, как о ///// - тростнике, обсеменившемся и утратившем силу (Одиссея. XIV. 212). Эта тема на античном материале подробно исследована Р. Ониансом161. Напомним также размышления Василия Кесарийского: "Скажут: как же Писание представляет, что все произрастающее из земли осеменено, когда ни тростник, ни полевица, ни мята, ни шафран, ни чеснок, ни бутом, ни другие бесчисленные роды растений, по-видимому, не производят семени? На сие ответим, что многие из земных произрастаний в нижней своей части и корне имеют силу семени. Например, тростник, по однолетнем росте пускает от корня некоторый отпрыск, и он на будущее время заступает место семени. То же делают и другие бесчисленные растения, которые, будучи рассеяны по земле, силу продолжать свой род содержат в корнях. Итак, всего несомненнее, что в каждом растении или есть семя, или скрывается некоторая семенная сила" (Василий Великий. Шестоднев, с. 77). Магические действия Иакова с ивовыми прутиками, положенными в воду, которые каким-то образом влияли на рождение пестрых ягнят: "И взял Иаков свежих прутьев тополевых, миндальных и яворовых, и вырезал на них белые полосы, сняв кору до белизны, которая на прутьях. И положил прутья с нарезкою перед скотом в водопойных корытах, куда скот приходил пить и где, приходя пить, зачинал пред прутьями. И зачинал скот пред прутьями, и рождался скот пестрый, и с крапинками, и с пятнами" (Бытие. 30:37-39). В символическом плане таинственный "рог" гидропа и тростник воплощают одно и то же. В таком случае, отчасти становится понятным замысел автора "Физиолога", в согласии с которым, главное действие происходит в прибрежных кустах. Мотив оплодотворения и связанное с ним сладострастие инвертируются в похоть, блуд и неизбежную, по мысли христианских ревнителей чистоты, гибель. В мировом искусстве распространен мотив оленей, пьющих воду у древа. Не исключено, что гидроп, так же как и мифический "телорог" (добавим сюда и единорога), входил в категорию "чистых" животных, то есть не имевших брачной пары, поэтому, чтобы произвести потомство, они соединяются с тростником. Литература Антонова Е. В. Очерки культуры древних земледельцев Передней и Средней Азии. Опыт реконструкции мировосприятия. М., 1984. С. 102-113. Baxter R. Bestiaries and their users in the Middle Ages. Sutton; London, 1998. P. 85-87. Henkel N. Studien zurn Physiologus im Mittelalter. Tu"bingen, 1976. S. 179-180. Shur Е. G. An Interpretation of the Unicorn //Folklore. 75. 1964. P. 91-109.


Если вы нашли ошибку в тексте или возможно у Вас есть что добавить.
Для изменения текста нажмите кнопку "править" вверху страницы
Поделиться: