Давид

Материал из Энциклопедия символики и геральдики
(перенаправлено с «Авигея»)
Перейти к: навигация, поиск

Микеланджело Меризи де Караваджо. Давид с головой Голиафа. 1605—1606 гг. Рембрандт Харменс ван Рейн. Прощание Давида с Ионафаном. 1642 г. Боневе Aндре. Псалтырь герцога Жана Беррийского (фрагмент): Царь Давид Давид с арфой. Еврейская миниатюра. Италия, ок. 1460 г. 00-04-410-000.jpg

→ Иессей / Дерево Иессея /

Жил в 10 в. до н. э.,

Мальчик пастух, ставший царем Израиля. Противоречивая фигура, окруженная массой легенд. Он был главарем шайки, воином, государственным деятелем и музыкантом.

Самуил, пророк и духовный лидер израильтян, искал того, кто мог бы стать его преемником. Взяв с собою «телицу из стада» для жертвоприношения, он пошел в Вифлеем и нашел там Иессея. Тот представил ему семерых своих сыновей, но Самуил отверг их всех. Наконец он послал за самым младшим — Давидом, который тогда был в поле и пас овец. Самуил выбрал его и помазал его елеем из рога.

Будучи оруженосцем и арфистом у царя Саула прославился как музыкант. Царь страдал меланхолией, которую Давид облегчал своей игрой. Игра на арфе сделала его прототипом царского музыканта, близкого образу античного Орфея. За ним признается одухотворенное искусство стихосложения и авторство содержащихся в Библии псалмов — наиболее читаемой в средние века и копируемой в рукописях библейской книгой.

Желая убедить Саула в своей зрелости для боя с Голиафом, Давид поведал ему, что будучи пастухом, он привык сражаться с дикими животными, нападавшими на стада. Когда лев или медведь уносил овцу, Давид настигал и убивал его. Здесь у льва (символа бесстрашия и силы) необычная роль: сюжет служит прообразом победы Христа над Сатаной.

Когда армии филистимлян и израильтян стали друг против друга вышли поединщики. Голиаф из Гефа, единоборец-победитель более восьми футов роста, в чешуйчатой броне, с медным шлемом и наколенниками; «древко копья его было как навой у ткачей». Давид отказался от снаряжения, предложенного ему Саулом, взял пять камней для своей пращи и положил их в свою пастушескую сумку. Когда соперники направились друг к другу, обмениваясь насмешками. Давид метнул камень и поразил Голиафа в лоб, а затем выхватил из его ножен меч и отсек его голову. По этому сигналу израильтяне атаковали они разгромили врага. Когда Давид возвращался после битвы с Голиафом, навстречу ему выходили женщины с песнями и плясками, которые славили его, восклицая: «Саул победил тысячи, а Давид — десятки тысяч». Эта история стала прообразом искушения Христа дьяволом в пустыне, а в более широком контексте — символом победы справедливости над грехом.

Позже Давид сам стал царем и объединителем Израильско-Иудейского государства. Завоевав Иерусалим он сделал его столицей своего царства.

Во время пребывания в иудейской пустыне люди Давида добывали провизию «военными методами». Один богатый земледелец отказал им в пропитании, и был приговорён к казни. Жена его Авигея, «женщина весьма умная и красивая лицом», вышла встретить Давида «мирным приношением хлеба и вина», что было с благодарностью принято. Муж Авигеи узнал об этом на следующий день после пира, и «замерло в нем сердце его, и стал он как камень». Вскоре он умер и Авигея вышла замуж за Давида.

Когда Ковчег Завета, захваченный филистимлянами, те вернули иудеям Давид с множеством своего народа перенес его в Иерусалим «с восклицаниями и трубными звуками». В необузданной радости, обнаженный он прыгал и плясал перед ковчегом. Его жена Мелхола видела эти пляски в окно и «уничижила его в сердце своем» и при слугах саркастически упрекала за такое поведение.

Прогуливаясь на крыше своего дворца, Давид увидел купание Вирсавии, жена Урии Хеттеянина, который находился вдали от дома, на службе в армии Давида. По его прихоти красавицу доставили во дворец и вскоре она забеременела. Давид командиру Урии письмо с приказом: «Поставьте Урию там, где будет самое сильное сражение (….), чтобы он был поражен и умер». Впоследствии Давид женился на Вирсавии, но их ребенок прожил всего несколько дней и позже Давид раскаивался в содеянном. Постыдное поведение Давида однако послужило в средние века для создании типологической параллели: в нем видели прообраз Христа, а в Вирсавии — Церкви.

У сына Давида Авесалома была сестра по имени Фамарь, обесчещенная сводным братом Амноном. Царь не пожелал наказать своего сына, и Авесалом два года вынашивал план мести. Однажды он пригласил Амнона на обряд стрижки овец и убил его на пиру в своем шатре. Пока Давид оплакивал сына, Авесалом скрывался в другом родовом племени. По прошествии некоторого времени Давид примирился с сыном, которого любил. Авесалом же вознамерился узурпировать власть отца и собрал из разных колен израилевых войско для восстания. Войска Давида разбили его, и Авессалом встретил свою смерть, запутавшись волосами в ветвях дуба. Царь долго горевал об Авесаломе.

Христианство

Важная фигура в христианском искусстве как прообраз Христа и его прямой предок. По преданию, «из дома Давидова» ожидался мессия, и вера в «сына Давидова» Иисуса стала центральным моментом христианства.

Атибуты: струнный инструмент (обычно арфа)

корона.

Искусство

Как пророк распятия на кресте («Страсти и величие праведника» со словами «Боже мой, Боже мой, для чего Ты меня оставил?») Давид иногда изображается на картинах распятия.

Наиболее распространенные сюжеты:

Давид, помазываемый Самуилом. (1 Сам., 16:1-13).

Давид — юный пастух, возможно, с пастушеским посохом, коленопреклоненный у алтаря перед Самуилом. Семеро братьев стоят на заднем плане, Иессей готовит животное для жертвоприношения.

Давид, играющий на арфе. (1 Сам., 16:23).

Средневековые книги псалмов показывают Давида играющим на арфе (или псалтериуме). В ренессансном искусстве (особенно в XVI в.) он держит инструмент семейства виолы. Нередко это происходит в пасторальной атмосфере, среди овец, что напоминает Орфея, пленяющего игрой зверей. Чаще он играет перед Саулом.

Давид, убивающий льва и медведя. (1 Сам., 17:32-37).

Обычно изображается в Псалтирях и средневековой каменной скульпторе.

Давид и Голиаф.

Изображаются два сюжета: (а) Битва, (1 Сам., 17:38—51).

Нередко, хотя и ошибочно, изображается в доспехах.

(б) Триумф Давида (1 Сам., 18:6-7).

Изображается, несущим голову Голиафа в руках, или насаженной на меч (копьё). Он может идти пешком в сопровождении женщин, ехать верхом на лошади, или в колеснице в триумфальной процессии подобной римской. Сюжет трактовался как прообраз Входа Христа в Иерусалим.

Приношение Авигеи. (1 Сам., 25).

Обычно она стоит на коленях перед Давидов; позади служанки, навьюченные ослы и слуги, которые несут корзины хлебов.

Давид, пляшущий перед ковчегом. (2 Сам., 6).

Давид и Вирсавия. (2 Сам., 11:2-17).

Вирсавия изображается за туалетом в различной степени обнаженности. Художники раннего Возрождения изображают ее одетой и просто моющей свои руки или ноги. Иногда писутствует посланник с письмом (Библия не упоминает такой детали).

Давид и Авесалом. (2 Сам., гл. 13-19).

Иллюстрации

Давид с арфой. Еврейская миниатюра из Италии, ок. 1460 г.



— не только известная личность еврейской исто-рии, но также знаменитая символи-ческая фигура в искусстве. Он жил в 10 в. до н. э., был оруженосцем и арфистом у царя Саула, а позже сам стал царем Израильско-Иудей-ского государства, причем он завое-вал Иерусалим и сделал его центром своего царства. Победа над велика-ном Голиафом превратила его в ти-пологический прообраз Христа, ко-торый поборол дьявола, а ^гра на арфе сделала его прототипом цар-ского музыканта, изображение кото-рого иногда напоминает образ ан-тичного Орфея. Сюда же относится одухотворенное искусство стихосло-жения, воплощенное в содержащих-ся в Библии псалмах, которые в средние века были наиболее читае-мой и копируемой в рукописях биб-лейской книгой. Как пророк распя-тия на кресте («Страсти и величие праведника» со словами «Боже мой, Боже мой, для чего Ты меня оста-вил?»), Давид иногда изображается на картинах распятия. По преданию, «из дома Давидова» должен был

мужчин вечной девственницы (см. Дева). Согласно легенде, бог люб-ви Эрот (Амур) поразил Аполло-на золотой стрелой, и тот страстно влюбился в нимфу Дафну. Однако ее поразила стрела со свинцовым наконечником, и холодность пос-леднего способствовала тому, что она отвергала любую попытку мужчин к сближению. Томимый желанием, Аполлон преследовал ее, в то время как она убегала от него и умоляла богиню земли Гею помочь ей. Когда бог захотел ее обнять, она превратилась в лавро-вое дерево (греч. Дафна — лавр). Разочарованному богу удалось лишь отломить ветку и носить ее в качестве венка на голове. С этого времени лавр стал священным для Аполлона. В алхимической симво-лике превращение Дафны считает-ся выражением возможности все-общего изменения в природном мире.


После смерти Самсона, когда израильтяне все еще продолжали сражаться против филистимлян, истинным пророком Господа был признан Самуил, сын Анны. Народ Израилев воззвал к Самуилу, чтобы он назначил среди них царя. Сначала Самуил выбрал царем израильтян великого воина Саула. Он храбро сражался с врагами Израиля, но поскольку он оставался идолопоклонником, Господь отвернулся от него и отверг его как царя израильтян. Затем Господь указал Самуилу, что тот дблжен разыскать Давида, сына Иессеева, и сделать его царем Израиля. В живописи эпохи Возрождения чаще всего изображались следующие события из жизни Давида.

МНМ
[править]

евр. David — возможно, «любимец»

Царь Израильско-Иудейского государства (10 в. до н. э.), ветхозаветное повествование о котором (1 Царств 16 — 3 Царств 2, 11; 1 Парал. 10-29) придало ему черты эпического героя, царя-воителя, а последующая иудаистическая и христианская традиция связала с ним (и его родом) мессианские чаяния (см. Мессия).

Согласно ветхозаветному повествованию, Д. — выходец из иудейского города Вифлеема, младший сын Иессея (из колена Иуды), пастух; предание характеризует его как юношу, «умеющего играть, человека храброго и воинственного, и разумного в речах, и видного собою», пользующегося покровительством Яхве (1 Царств 16, 18). Он появляется при дворе израильско-иудейского царя Саула. Об этом сообщается в двух версиях: Д. был призван как певец-гусляр, чтобы успокаивать царя игрой, когда того тревожил злой дух (16, 14-23); Д. снискал расположение Саула, одержав победу в поединке с Голиафом.

Рассказ о поединке Д. и Голиафа (1 Царств 17), отразивший борьбу израильских племён против филистимлян, содержит более всего фольклорно-сказочных мотивов. Когда филистимляне собрали войска и стали против стана израильского, вперёд выступил Голиаф, великан-филистимлянин (ростом «шести локтей и пяди») из города Гат (Геф). Подробно описывается его вооружение: медный шлем, чешуйчатая броня (весом «пять тысяч сиклей меди»), медные наколенники и щит, копьё «в шестьсот сиклей железа». Сорок дней выставлял себя филистимлянин, но не находилось никого в израильском стане, кто бы вышел на единоборство с ним. И только юноша-пастух Д., оставивший свои стада и пришедший в стан царя Саула, услышав, что Голиаф поносит израильтян, выражает готовность сразиться со страшным противником. Он отказывается от полного вооружения (так как к нему не привык), которое даёт ему Саул, и выступает против Голиафа только с пращой. Со словами: «Ты идёшь против меня с мечом и копьём и щитом, а я иду против тебя во имя… бога воинств израильских», — Д. поражает великана из пращи так, что камень вонзается в его лоб и он падает на землю; затем, наступив ногой на Голиафа, Д. отсекает ему голову. Это обеспечивает победу израильтянам: филистимляне, увидев, что силач их умер, обращаются в бегство. Согласно более краткому изложению героического мотива поединка с Голиафом (2 Царств 21, 19), победу над великаном одержал воин по имени Элханан. Многие исследователи полагают, что это и есть подлинное имя героя, тогда как Д.- его позднее прозвище.

Пожалованный в царские оруженосцы, прославившийся в боях с филистимлянами, отваживавшийся на схватки со львом и медведем, искусный музыкант и поэт, Д. стал вскоре любимцем народа. Он снискал преданную любовь Ионафана, старшего сына Саула, добился руки царевны Мелхолы (Михали), дочери Саула. Но тем несноснее становится Д. для Саула (когда бы ни возвращались с очередного сражения, повсюду народ говорил: «Саул поразил тысячи, а Давид — десятки тысяч»). Царь замышляет убить Д. Далее идёт полное драматизма описание преследования Д. Саулом. Д. бежит от Саула, скрываясь в пустыне, в пещере, в лесу. Сплотив вокруг себя вольницу, Д. держит в страхе население. Он переходит на службу к царю города Гат. В борьбе с Саулом Д. удаётся расположить к себе жрецов из Новы, Саул же навлекает гнев поклонников Яхве, истребляя жрецов этой святыни (1 Царств 22, 11-19). После гибели потерпевшего поражение от филистимлян Саула и его сыновей военачальник Саула Авенир провозглашает царём Иевосфея (Ишбаала), оставшегося в живых сына Саула, Д. же провозглашён царём в Хевроне (то есть над Иудеей); «тридцать лет было Давиду, когда он воцарился; царствовал сорок лет» (2 Царств 5, 4). Ишбаал вскоре был убит своими стражниками (Д. их публично казнит за цареубийство, демонстрируя свою непричастность к гибели Саулидской династии), Д. же провозглашается царём и израильтянами, и иудеями.

Далее следует рассказ о многочисленных военных победах Д., о завоевании у иевусеев города Иерусалима («град Давидов») и перенесении сюда ковчега завета, о попытке воздвигнуть в Иерусалиме храм Яхве и о других его деяниях. Повествование об исторических событиях облекается в легендарно-эпическую форму. Военные предприятия Д. сопровождаются «вопрошанием» Яхве, благословляющего его на победы или предупреждающего об опасностях. Рассказ о проведённой по повелению Д. переписи населения (рассматривающейся как нарушение суеверного запрета считать людей) дополняется сообщением о том, что этот поступок Д. навлёк «гнев Яхве», который насылает на израильтян в наказание моровую язву; ангел, посланный Яхве, прекращает поражать народ лишь после того, как Д. ставит жертвенник Яхве и приносит ему жертвы. Намерение Д. построить в Иерусалиме постоянный храм Яхве не осуществляется (в повествовании это облекается в предуведомление от Яхве, который через пророка Нафана сообщает Д., что храм будет дано воздвигнуть не Д., но его потомку). Д. изображается как патриарх, как отец множества детей, рождённых его многочисленными жёнами и наложницами. Известностью пользуются рассказы о любви Д. к умной и красивой Авигее и особенно к Батшебе (Вирсавии), которую он увидел купающейся и затем взял в жёны, а мужа её, верного воина Урию Хеттянина, отослал на войну с аммонитянами заведoмo на смерть. Яхве наказывает Д. смертью младенца, рождённого Вирсавией; однако второй сын Вирсавии — Соломон оказывается угодным богу (пророк Нафан нарекает ему имя Иедидиа, «возлюбленный богом»). Распря с сыном Авессаломом (начавшаяся с убийства тем Амнона, сына Д., как месть за изнасилование Амноном, сводным братом Авессалома, Фамари, родной сестры Авессалома); перерастающая в открытый мятеж, в ходе которого Д. вынужден бежать из Иерусалима, оканчивается подавлением мятежа и гибелью царевича (он убит военачальником Иоавом); Д. оплакивает сына (к недоумению тех, кто победой спас царя). Другой сын Д. — царевич Адония стремится воцариться при жизни престарелого отца, но пророк Нафан умело склоняет Д. назначить наследником Соломона.

Ветхозаветный образ Д. противоречив. Это, с одной стороны, свидетельствует о наличии достоверных сведений об исторической личности, а с другой — способствует развитию легенды путём усиления одних черт и сглаживания других. Летописцы — современники Д. воплотили в его жизнеописании концепцию нелицеприятного божьего покарания порочного царя через пророков, уделив поэтому в книгах Царств значительное внимание описанию проступков Д. В дальнейшем, когда положение династии Давидидов упрочилось, в кругах последователей пророков сложилась легенда, согласно которой пророк Самуил по велению Яхве ещё при жизни Саула сам помазал на царство юношу Д., младшего отпрыска незнатной пастушеской семьи (1 Царств 16, 1-13). Отсюда исходит представление о Д. как мессии («помазаннике») и о богоизбранности не только Д., но вообще царской власти у евреев, а затем и христианский обряд оформления монархии через помазание елеем. В силу легенды о помазании Д. Самуилом потомком Д. считали помазанниками божьими.

В книге израильского пророка Амоса (6, 5) Д. упоминается как искусный музыкант.по более поздней традиции Д. приписывается составление псалмов (объединённых в библейской книге Псалтирь). В книгах Исаии (11, 1) и Иеремии (30, 9) — пророков, живших в период нависшей над иудейским царством угрозы утраты независимости, выражены надежды на предстоящее восстановление «царства Давидова» (его единство к тому времени было уже утрачено). Образ Д., потомки которого продолжали править в Иудейском царстве около 400 лет, до завоевания его в 587/586 до н. э. вавилонским царём Навуходоносором II, приобретает со времени вавилонского пленения эсхатологические черты бессмертного царя-спасителя. Вечным представляется и «град Давидов» — Иерусалим (хотя он и был разрушен) как место будущего избавления народа и торжества Яхве. Эсхатологическая вера в мессию как «сына Давидова» была воспринята христианством: по Евангелию от Матфея (1, 20-21), Иисус является прямым потомком Д. — только в силу такого происхождения Иисус (как и Д., родом из Вифлеема), будучи «помазанником» (букв. значение слова «Христос»), имел право на «престол Давидов» и царский титул (Лук. 1, 27-33).

В духе богословского т. н. типологического толкования ветхозаветных персонажей сам Д. оказывается всего лишь «прообразом», «типом», то есть предшествующим воплощением Иисуса Христа, а эпизоды жизни Д. истолковываются как спасительные деяния Иисуса (напр., поединок с Голиафом — как поединок Христа с антихристом). Представление об извечности мессии, связывающееся с образом Д., выражено в средневековой каббалистической книге «Зогар»: царь Д. был на этом свете и будет царём в грядущем времени. Ожидание пришествия «помазанника» (самого Д. или его потомков) — один из ведущих мотивов еврейского мессианства и вероучения некоторых христианских сект. Временами пассивное выжидание перерастало в активные народные движения или поддерживалось индивидуально — проповедниками, алчущими приблизить срок прихода мессии и узнать его приметы.

Внешности Д. уделено внимание уже в ветхозаветных текстах: он белокур, с красивыми глазами и приятным лицом (1 Царств 16, 21). В послебиблейской литературе (талмудическая книга «Берешит рабба» 73) рассказано, что когда Самуил впервые увидел Д., которого должен был помазать на царство, пророк выразил опасение, что этот «рыжий» будет проливать кровь, как Исав, о котором рассказывали, что и он был красным; однако бог успокоил пророка, сказав, что Д. будет проливать кровь только по приговору синедриона. В каббалистической книге «Зогар» говорится, что глаза Д. были цвета радуги и блестели, но после «греха» (с Вирсавией?) стали тускнеть.


Лит.: Никольский Н. М., Царь Давид и псалмы, СПБ, 1908; Фрезер Д. Д., Фольклор в ветхом завете, пер. с англ., М.-Л., 1931; Wei11 К., La citй de David, [t. 1-2], P., 1947; Desnoyers L., Histoire du peuple hйbreu, des Juges а la captivitй, t. 2, P., 1930; Eissfeldt O., Einleitung in das Alte Testament, 3 Aufl., Tьbingen, 1964.


Образ Д. широко представлен в европейском искусстве. Наиболее популярно изображение Д. как победителя Голиафа (пластика раннехристианских саркофагов, росписи в римских катакомбах, скульптура собора в Реймсе, 13 в., позднее — статуи Донателло, А. Верроккьо, Микеланджело (см. рис.), у которого образ Д. отличается мощью и героичностью; в живописи 15-18 вв.- картины А. Поллайоло, Я. Тинторетто, Караваджо, Г. Рени, Гверчино, П. Ластмана, Н. Пуссена и др.). Часто Д. предстаёт как музыкант с инструментом (обычно арфой) в руках (книжная миниатюра Псалтири — т. н. Хлудовской псалтири 9 в., хранящейся в Историческом музее в Москве, Парижской псалтири 10 в.- в Национальной библиотеке в Париже и др.; каменная резьба фасадов церкви Покрова на Нерли и Дмитриевского собора во Владимире, 12 в., витражи Шартрского собора, 13 в.; картины «Д. играет на арфе перед Саулом» Пинтуриккьо, Луки Лейденского, Рембрандта, М. Прети и других художников).

Широко разрабатывается в живописи и круг сцен, связанных с любовью Д. к Вирсавии (картины X. Мемлинга, Л. Кранаха Старшего, П. П. Рубенса, Ластмана, Я. Йорданса, Пуссена, Рембрандта (см. рис.) , Дж. Б. Тьеполо и др.). Среди других сюжетов, отражённых в живописи, — «Самуил помазывает Д. на царство» (П. Веронезе, К. Лоррен, Тьеполо), «Авигея перед Д.» (Мартен де Вос, Ф. Бассано, Рени, Рубенс, Гверчино и др.), «Д. и Ионафан» (Рембрандт) и др. Создаются циклы, посвящённые разным эпизодам жизни Д. (фрески Рафаэля и его учеников в ватиканских лоджиях, фрески Джулио Романо в Палаццо дель Те в Мантуе и др.).

В художественной литературе сюжету поединка Д. с Голиафом посвящён ряд драматических произведений уже в 16 в.; в числе произведений 20 в. на этот сюжет — драма А. Пауля «Д. и Голиаф». Ещё большей популярностью пользовалась в драматургии начиная с 16 в. (Г. Сакс) история любви Д. к Вирсавии (в 19 в. — произведения А. Мейснера, Э. фон Гартмана и др., в 20 в. — Л. Фейхтвангера, А. Гейгера, М. Бетхера и др.). Драматические столкновения Д. и Саула послужили сюжетом трагедий Вольтера и Альфьери, драмы Ф. Рюккерта и др. произведений. Всю историю Д. пытались освоить в 17 в. Л. Мазюр (в его трилогии Д. наделён чертами молодого протестанта-гугенота), Й. ван дер Вондел («Царь Д.»), А. Коули, в 18 в. — Г. Лемс (его трёхчастный роман — первый опыт обращения к истории Д. в прозе), позднее — Ш. Коген, И. Нейман, Р. Беер-Гофман, Г. Шмитт.переложение псалмов Д. сделано многими поэтами, в том числе русскими (Симеон Полоцкий, 17 в., «Псалтырь рифмованная» которого была положена на музыку В. Титовым; М. В. Ломоносов, Г. Р. Державин, Ф. Н. Глинка, H. M. Языков, А. С. Хомяков); в виде вставок даны псалмы и в экспрессионистской драме 20 в. Р. Зорге «Царь Д.». Трагедию музыканта-гения, обречённого стать царём, показал в своей драме X. X. Янн.

Среди композиторов, обращавшихся к истории Д. в 15-17 вв., — Жоскен де Пре, Г. Шюц; в числе произведений 18-19 вв. — оперы М. А. Шарпантье «Д. и Ионафан», А. Кальдара («Кающийся Д.»), Н. Порпоры («Д. и Вирсавия»), И. Рейтера, П. А. Гульельми («Триумф Д.»), оратории К. А. Вадиа, Моцарта, Н. Цингарелли, кантата Ж. Визе «Д.». Наиболее значительные из произведений 20 в. — симфоническая поэма Й. Вагенара «Саул и Д.», оратория А. Онеггера «Д.», симфония М. Авидома «Д.», оперы Л. Кортезе «Д., царь-пастух» и Д. Мийо «Д.». В 19-20 вв. музыку на тексты псалмов создавали Ф. Мендельсон-Бартольди, Ф. Шуберт, И. Брамс, Ф. Лист, А. Брукнер, М. Регер, И. Ф. Стравинский («Симфония псалмов»), А. Шёнберг и другие композиторы.

[Мифы народов мира. Энциклопедия: Давид, С. 11 и далее. Мифы народов мира, С. 2208 (ср. Мифы народов мира. Энциклопедия, С. 347 Словарь)]


Если вы нашли ошибку в тексте или возможно у Вас есть что добавить.
Для изменения текста нажмите кнопку "править" вверху страницы
Поделиться: